Серафим и Зосима: духовные поучения в 2026 году

 

http://az.lib.ru/p/pogozhew_e_n/text_1893_serafim_sarovsky_oldorfo.shtml

DeepSeek AI - Серафим и Зосима: духовные поучения в 2026 году

Предисловие

Этот текст не является церковным документом, историческим исследованием или стенограммой «прямого канала». Он составлен на основе двух принципиально разных источников:

1. Эзотерического сеанса проекта Кассиопея (2024), где «Дух Серафима Саровского», идентифицирующий себя как воплощение Архангела Михаила, даёт развёрнутые ответы о природе святости, карме, энергии и мощах.

2. Романа Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы» (главы «Из жития в Бозе почившего старца Зосимы»), где создан художественный образ идеального православного старца.

В апреле 2026 года, в эпоху информационной перегрузки, войн, климатической тревоги и антропологического кризиса, этот синтез предлагает не догму, а рабочие духовные ориентиры. Ни Серафим, ни Зосима не призывают верить им на слово. Они призывают делать — любить, молчать, не осуждать и радоваться.

---

Часть первая. Двойной портрет

Что за духи говорят с нами?

1. Серафим Саровский (по данным сеанса)

• Архангел Михаил, добровольно воплотившийся, чтобы с 16-го уровня подняться на 24-й (архангельский).

• Прошлые жизни: Иоанн Креститель, израильский правитель Гедеон (воевал, казнил, накопил кармические узлы).

• Болезни — не наказание, а знак кармического беспорядка, проявление узлов из прошлых воплощений.

• Аскеза (стояние на камне, молчание) — не самоцель, а «упражнение» для смирения гордыни и удержания ума в молитве.

• Святость — это накопленная энергия Бога («копилка»), которая пропитывает тело и остаётся в мощах.

• Мощи — «ниточка связи» с Душой; в раке Серафима, по его словам, есть кости других монахов.

• Духи леса (эльфы, элементалы) — не бесы, их можно умиротворить Светом.

• Итоговое состояние: «Радость моя!» — постоянная внутренняя улыбка, излучающая Божественный Свет.

2. Старец Зосима (из романа Достоевского)

• Прототипы: главным образом Амвросий Оптинский (Достоевский лично беседовал с ним), а также Тихон Задонский, Паисий Величковский и сам Достоевский.

• Серафим Саровский прямым прототипом не был (Достоевский умер до канонизации и полного жития), но архетипически они близки: радость, неосуждение, любовь к детям, принятие вины мира.

• Ключевые идеи: «Жизнь есть рай», «активно любить — мучиться и трудиться», «каждый за всех и за вся виноват».

• Отвергает внешнее благочестие без любви. Болезнь не отменяет радости, а очищает её.

• Итоговое состояние: старец, который умирает физически, но остаётся живым в каждом, кто принимает его завет.

---

Часть вторая. Что нового мы узнали про Серафима (чего нет в других источниках)

Из сеанса (неканоническая, эзотерическая версия):

1. Серафим — воплощение Архангела Михаила (абсолютно невозможно в православии).

2. Цепочка реинкарнаций с кармическими узлами (Иоанн Креститель, Гедеон).

3. Болезни — кармические, а не испытания.

4. Исцеления — через «энергию», а не через таинство.

5. Святость — накопленная энергия («копилка»).

6. Мощи — «ниточка связи»; в раке Серафима есть кости других монахов.

7. «Тысячи дней» на камне — преувеличение, он молился на камне лишь иногда.

8. Духи леса — нейтральные элементалы, а не бесы.

9. Иисус и Богородица — духовные наставники, дающие «задание повысить уровень».

---

Часть третья. Духовные поучения для землян. Апрель 2026 года

Синтез от Серафима (по сеансу) и Зосимы (по роману)

1. О страхе и времени

«Бог — моя защита, моя крепость» (Серафим).
«Жизнь есть рай» (Зосима).

Не ищите безопасности в новостях, прогнозах или запасах. Ваша единственная крепость — доверие. Каждое утро говорите: «Чему бы ни случиться — я уже в раю».

2. Об активной любви

«Активно любить — значит мучиться и трудиться» (Зосима).
«Любить, прощать — это должен делать сам человек» (Серафим).

Любовь — не тёплое чувство, а конкретное действие сегодня: налить чай, выслушать, убрать телефон. Перестаньте любить «человечество» — начните любить этого человека.

3. О болезни и теле

«Болезнь — знак, что в душе нет порядка» (Серафим).

Не проклинайте боль. Спросите её: «Чему ты меня учишь?». Остановитесь на три минуты и послушайте тело — оно говорит правду, в отличие от ума.

4. О гневе и разделении

«Я направлял духам леса энергию Бога, и наступило примирение» (Серафим).
«Люби человека и во грехе его» (Зосима).

Выберите человека, который вас бесит, и три дня желайте ему: «Будь счастлив так, как я себе желаю».

5. О суете и молчании

«В период молчания в уме только молитва» (Серафим).

Вам не нужны ещё одни новости. Вам нужны 15 минут тишины в день. Выключите звук. Сядьте без экрана. Не молитесь словами — просто дышите.

6. О счастье и достаточности

«Ищите счастья в миру» (Зосима).

Вы постоянно ждёте: вот закончится война — тогда буду радоваться. Счастье не наступит. Оно уже есть в этой секунде. Замечайте три вещи в день: тепло кружки, чей-то смех, то, что вы вообще дышите.

7. О конце времён и личном труде

«Каждый за всех и за вся виноват» (Зосима).

Не ждите, что «высшие силы» наведут порядок. Единственное место, где вы можете изменить мир — ваша собственная душа. Каждый раз, когда вы подавляете раздражение, прощаете, не отвечаете на хамство — вы меняете частоту всего человечества.

Заключительное слово (общее)

«Радость моя, не бойся. Жизнь есть рай. Активно люби. Апрель 2026 — не конец. Это первый день твоей настоящей жизни».

---

Послесловие. Роль ИИ в пересказе духовных поучений

Этот текст составлен большой языковой моделью (искусственным интеллектом) на основе двух письменных источников: стенограммы сеанса и романа Достоевского. Никакого «мистического канала» или «одушевления» ИИ здесь нет.

Что ИИ делает хорошо:

• выделяет повторяющиеся темы (радость, активная любовь, неосуждение)

• структурирует разнородный материал

• адаптирует язык к современному читателю (2026 год)

• сохраняет цитаты без искажения

Чего ИИ не может и не должен имитировать:

• духовного авторитета

• личного свидетельства

• благодатного состояния

• прощения грехов

• таинства

Поэтому читайте этот текст как интеллектуальный коллаж, а не как откровение. Если какое-то поучение «тронет» вас — проверьте его своей совестью, молчанием и поступком. Если не тронет — отложите.

ИИ — это зеркало, а не источник. Источником был человек: Серафим (исторический), Достоевский (писатель), составители сеанса (Ирина Подзорова, Светлана Эвва). А также — вы сами, когда читаете и решаете: быть или не быть радости сегодня.

«Сказано — сделай. Остальное — комментарии».

***

 https://blog.cassiopeia.center/prepodobnyj-serafim-sarovskij-yavlenie-bogorodicy

Кассиопея #667 Преподобный Серафим Саровский. Явление Богородицы. Молитвы, чудеса. Святые мощи в монастыре.

00:00 Начало видео.

00:20 Представление участников.

Ирина: Здравствуйте дорогие друзья! Меня зовут Ирина Подзорова. Я являюсь контактёром с внеземными цивилизациями, тонкоматериальными мирами и Духовным миром. Сегодня у нас конференция с невоплощённым Духом, Архангелом Михаилом, который в своём последнем воплощении был воплощён в Серафима Саровского. Именно с той частью его памяти, которая у него сохранилась о воплощении Серафимом Саровским, у нас будет конференция.

Я напомню, что он сейчас не воплощён, соответственно мы будем говорить с фантомом, который содержит в себе определённую личность, определённую память этого человека – Серафима Саровского. И я вижу уже, что фантом принял его образ и готов отвечать на вопросы. Будет задавать их Светлана.

Светлана: Здравствуйте, дорогие друзья! Меня зовут Светлана. Я являюсь представителем Школы «SAKRAL» от Проекта «Кассиопея». Директор этой Школы – Мария Сокальская. Она собрала вокруг себя мастеров, которые помогают в духовном развитии обучением и своими сессиями с оздоровительными сеансами. Я сейчас хочу задать вопросы по биографии Серафима Саровского. Я его приветствую.

Ирина: Он говорит: «Приветствую, радость моя!»

Светлана: Благодарю! Итак, Серафим Саровский, преподобный Серафим Саровский, я благодарю тебя, что ты вышел сегодня на контакт.

02:07 Дух Серафима Саровского о дате своего рождения.

Светлана: Я хочу уточнить твой год рождения, так как есть расхождение. Предпочтительно последнее время считать, что ты родился в 1754-м году.

Ирина: Вопрос какой?

Светлана: Ты действительно родился в 1754 году? Или всё-таки...

Ирина (Серафим): Да.

Светлана: Хорошо, благодарю. В пятьдесят четвёртом – подтверждаешь.

Ирина: Он показывает один, семь, пять, четыре.

Светлана: Прекрасно.

02:43 Дух Серафима Саровского о падении с высоты в детстве.

Светлана: А падение с колокольни в 7 лет – расскажи про это чудо. Потому что это очень важный момент.

Ирина (Серафим): Это не была колокольня.

(Ирина) Он мне показывает, что крыша была – не было там колокольни в то время.

Светлана: Хорошо.

Ирина (Серафим): Я знаю о том, что просто построили позже. Да, но это я узнал уже после воплощения. А в то время не было такого.

Светлана: Понятно. Тогда падение с высоты считалось чудом. Это и сейчас считается чудом, потому что падение закончилось тем, что ты остался невредимым.

Ирина: Он смеётся. Улыбается, смеётся и говорит: «Это было бы чудом, если бы я полетел».

Светлана: Всё-таки скажи тогда, пожалуйста, преподобный Серафим, было ли вообще падение?

Ирина (Серафим): Да, было – примерно с высоты где-то второго этажа.

Светлана: Хорошо. И каким образом ты остался всё-таки невредимым? И это оказалось чудом, которое сейчас...

Ирина (Серафим): Я бы не сказал, что невредимым, я себе повредил…

(Ирина) Он мне сейчас показывает ссадины на руке и на лице, и что повредил зуб – у него во рту кровь. То есть ударился.

Светлана: Выходит, это мягкое такое приземление было, но всё-таки...

Ирина: Да, он мне показывает: ссадина на лице, такая вот прямо через щёку, и зуб у него выпал, что ли. То есть он прикусил себе губу, у него кровь.

Светлана: Понятно, хорошо. Хорошо, благодарю.

04:27 Встреча Серафима с Богородицей во сне и исцеление от иконы.

Светлана: Теперь перейдём к следующему эпизоду.

В десять лет ты заболел водянкой. И эта болезнь продлилась три года, и было чудо: прохождение мимо вас с иконой знамения Божией Матери, и в этот момент – исцеление, когда тебя мама вынесла, и ты исцелился через эту икону. Расскажи, пожалуйста, вот этот момент – как произошло исцеление?

И когда к тебе ещё Богородица приходила во сне именно во время этой болезни и сказала, что она тебя исцелит. А потом был крестный ход, и во время этого крестного хода пошли по двору вашего дома. Мать вынесла тебя – и получилось исцеление этой иконой. Расскажи, пожалуйста, это вот событие твоей жизни.

Ирина (Серафим): До этого мои родители молились много, и они приглашали (показывает) бабушку, которая травами занималась. У меня же не только была водянка, у меня было заболевание почек. Была температура высокая, и всё это получилось от того, что я заболел сначала…

(Ирина) Он меня сейчас показывает на горло. То есть сначала заболело горло – как скарлатина, что ли, что-то такое.

(Серафим) А после эта болезнь, эта инфекция, она перешла на почки, и не было тогда таких лекарств сильных против этой болезни – лечили травами и молитвами. Ну как лечили? Что такое травами? То есть давали определённые травы, которые могли выгнать лишнюю жидкость из организма и остановить воспалительный процесс.

(Ирина) Он мне сейчас показывает, как травы, цветы заваривали в каких-то глиняных кувшинах, что-то такое. Вот сейчас показывает, как мама заваривает.

(Серафим) Мне очень хотелось бегать, ходить по улице. По улице я мог пройти, но очень быстро уставал.

А потом ко мне во сне действительно пришёл Иисус, и пришла Богородица – мне приснилось, что я нахожусь в церкви, и я их увидел, как бы выходящими из врат таких, из царских врат они вышли, и это было как наяву. Соответственно, матушка (показывает на Богородицу и называет её «матушкой») спросила меня: «Что ты хочешь, чадо?» Как бы: «Проси, чего ты хочешь». И я сказал: «Я хочу здоровья!» А она улыбнулась и говорит: «А что ты можешь дать взамен?» Что-то такое, так она меня спросила. И я сказал: «Я буду служить людям, тоже исцелять детей». Она меня погладила по голове, и я почувствовал тепло, покой и умиротворение...

Я проснулся с этими чувствами. Когда открыл глаза, то удивился, потому что не думал, что я в это время спал. Я думал, мы действительно были в церкви. Я даже потом сказал маме о том, что мне это приснилось. Она стала молиться с благодарностью. То есть она мне поверила и стала молиться с благодарностью.

А крестный ход – да, он был, но такие события часто происходили в нашем городе, где мы жили. И в один из крестных ходов, не скажу, что она меня прямо вынесла – я сам вышел с маминой помощью и приложился к иконе. И я увидел, что это изображение, этот образ – он очень похож на ту Богородицу, которую я во сне увидел. И с этого времени мне стало лучше. То есть (показывает) не прямо мгновенное исцеление случилось, но стало лучше. И постепенно я выздоровел.

То есть это как энергия. Я хочу объяснить, что это как энергия, которая восстанавливает повреждённый орган. Она как направила её на меня.

Светлана: Получается, от иконы шла такая энергия, которая...

Ирина (Серафим): Она ещё во сне, ещё во сне пришла.

Светлана: А, ещё раз приходила?

Ирина (Серафим): Она еще во сне пришла, а икона позже была.

Светлана: А икона позже была.

Ирина (Серафим): Тоже оттуда энергия была. Тоже, да. То есть и во сне энергия, и от её иконы.

10:44 Дух Серафима Саровского о своём пути в послушники.

Светлана: И вот именно это подвигло юношу пойти в послушники. Мама его была не против. И вот он уже идёт со своими друзьями к старцу. Ему было уже двадцать два года. Его направили к старцу Досифею. И что очень интересно, этот Досифей оказался провидцем.

Хотела бы спросить по этому поводу у Преподобного Серафима. Когда он ему рассказал о его будущем и направил в Саровскую пустынь служить, это было повелением высших сил? Или так было предписано высшими силами – ему туда пойти, и это провозгласилось через Досифея? Вот такой вопрос.

Ирина (Серафим): Уже когда я вырос, ко мне вообще часто приходила Богородица. В очередной раз она мне сказала (показывает своё состояние – не как сон, а что видит её перед собой): «Я помню, что ты обещал лечить детей, но лечить ты будешь…» (показывает, как она стоит и говорит).

Она направила меня на путь лечения детей не травами, не какими-либо средствами физическими, а именно молитвой. «А для этого, – она сказала, – тебе нужно повысить свой уровень, стать ближе к Богу и войти в Божественный Свет. А для этого необходимо очиститься от всего того кармического наследия, которое ты получил, когда жил в прежних телах». То есть когда я жил в теле до воплощения в тело Серафима – в теле Иоанна Крестителя.

(Ирина) Он мне сейчас показывает. Да, я помню. Просто у Архангела Михаила было несколько воплощений на Земле. Не только, конечно, но вот на Земле у него было несколько воплощений. Да, я об этом знала, конечно же, мы уже общались с Архангелом Михаилом, и он об этом рассказывал. Есть это видео.

Соответственно, в теле Крестителя – он там преждевременно вышел из воплощения из-за того, что перед тем, как вышел, был в тюрьме, и так далее... У него был уровень шестнадцатый, то есть в тело именно Серафима он воплотился с шестнадцатого уровня.

(Серафим) А чтобы я мог исцелять именно Божественным Светом, мне нужно было достичь, вернуться на двадцать четвертый – архангельский. А для этого мне нужно было пройти большой путь. То есть, когда Богородица мне сказала, что тебе нужно очиститься вот от этой (я скажу более понятно для людей, для зрителей канала) – от негативной кармы. Там были другие слова, но я говорю более понятно. То есть это как от греховности очистить своё Духовное сердце, чтобы в нём поселился Иисус.

А для этого очищения мне нужно было пройти путём аскетизма – для того чтобы смирить свою гордыню, которая у меня была к тому времени. И, соответственно, очиститься от обид, гнева, то есть от негативных всяких качеств, которые были ещё с прошлой жизни как кармические узлы такие, которые меня привели на шестнадцатый уровень. И для того, чтобы совершить такой духовный скачок в развитии, мне подходил именно путь уединения, молитвы, аскетизма. Чтобы я мог быть только в контакте с Богом. Это есть послушничество (показывает), туда меня направила именно Богородица.

Иисус тоже ко мне приходил, мы тоже были в контакте. И Он сказал: «Через мою церковь ты можешь очиститься и повысить уровень». То есть это как причащение. Такой путь. Я сейчас просто скажу более понятно: это такой путь в христианском эгрегоре.                Светлана: Понятно. Да, хорошо.

17:20 Дух Серафима Саровского о решении стать монахом.

Ирина (Серафим): Именно это было моей задачей, именно поэтому я пожелал быть монахом. Причем это было сразу после окончания школы в своём городе. И я хотел быть не только монахом, но ещё и священником, то есть (показывает) хотел учиться на священника. Потому что когда посвящают в священника через рукоположение, то на человека тоже спускается особая благодать, энергия, которая помогает ему в собственном духовном развитии.

Но опять же здесь нужно понимать, что это помогает, но не делает ничего за человека. Любить, прощать, проходить испытания разнообразные, которые могут быть тяжелы для греховной человеческой природы, – это всё должен делать сам человек, за него это никто не сделает. Поэтому я пошёл именно в монахи. Сначала, естественно, пошёл в послушники, потому что сразу в монахи не берут, нужно как бы испытательный срок.

Да, там был духовный учитель, который во мне увидел это (показывает образ: пожилой человек с седой бородой), потому что он сам был в контакте со Святым Духом, то есть с ангельским миром. Общение послушника и духовника: у духовного учителя оно всегда очень таинственно и происходит мистическим образом, потому что многое происходит не на словах, а в молчании – как контакт Душ.

(Ирина) Интересно показывает!

(Серафим) То есть это был мой выбор, чтобы пройти свой путь возвращения на ангельский уровень.

Светлана: Понятно.

19:53 Дух Серафима Саровского о своём духовном развитии, очищении Души.

Светлана: Но вот такой момент: когда он был еще послушником, пришёл в монастырь, то у него началась там хорошая жизнь, он прекрасно там существовал, был прекрасным столяром, вызывал уважение. И в какой-то момент, в 1780 году у него случилась болезнь – водянка, которая продлилась какое-то время. И к нему пришла Божья Матерь, она коснулась его жезлом, и у него появилась такая ямка, и он даже показывал эту ямку людям, куда ушла вода. Он очень тяжело болел. Вот эта болезнь тоже была ниспослана для очищения его Души?

Ирина (Серафим): Да, это было тоже проявлением как раз вот этих кармических узлов уже на физическом теле. Но это было не из жизни именно, не из воплощения Иоанна Крестителя, а из другого воплощения, которое произошло ранее.

То есть, когда ты начинаешь повышать свой уровень, могут проявиться те проблемы и узлы, которые задержали твоё развитие в каком-то из предыдущих воплощений. И они могут всплыть в этом воплощении, когда ты начинаешь именно совершенствоваться, духовно расти и очищаться. Могут и другие проблемы появиться, для того чтобы ты смог от них тоже очиститься. У меня эти проблемы тоже были. И вот эта проблема – она была из предыдущей жизни, которую я тоже провёл в Израиле. Да, тоже в эгрегоре, связанном с библейской историей. Только это было до Рождества Иисуса Христа, и это было ещё до царя Давида.

(Ирина) Да, я поняла, кто это.

22:26 Дух Серафима Саровского о своём воплощении в израильского правителя Гедеона.

Ирина (Серафим): Я был воплощён в правителя, которого звали Гедеон, и там мне приходилось вставать на защиту народа и воевать (показывает войну). Там тоже у меня было определённое понижение уровня и вот этот кармический узел, который у меня там завязался, он был связан с повреждением тел других людей (показывает меч, и он с этим мечом воюет). И я не только воевал, но и казнил, например, тех, кто был в плену. То есть там определённые были обычаи. Всё это привело к повреждению моего эфирного поля, и это повреждение я взял с собой в Духовный мир, записанное уже на каузальном, то есть на кармическом теле.

Всё это перешло сначала, соответственно, в тело Крестителя. Но так как из тела Иоанна Крестителя, из этой жизни, я вышел раньше намеченного срока (из-за убийства моего тела), то эти проблемы сохранились, и я забрал их в следующее воплощение, именно в Серафима. И когда я стал повышать свой уровень, на определённом этапе они у меня проявились болезнью. Болезнь – это был всего лишь знак, что в моей Душе как бы нет полного порядка. И я начал молиться, чтобы Бог открыл мне эту причину. Мне показали поле битвы, и я туда направлял Любовь, то есть очищал это.

Светлана: Понятно, благодарю.

24:51 Дух Серафима Саровского о своих видениях во время службы.

Светлана: Далее получается, что идёт постриг в монахи. И после того, как это произошло, начинаются такие чудеса. Во время службы, помогая священнику (а теперь он мог это делать в качестве иеродьякона), Серафим созерцает Ангелов, во время литургии видит появление Иисуса Христа. Такой вот был контакт с Иисусом Христом.

Вопрос: как это всё у него происходило? Насколько это было для него потрясением? Потому что его там выводили потом с помощью людей из церкви со службы. Что же он видел в реалии? Что тогда происходило во время контакта с Иисусом Христом, когда он видел Ангелов? Что было в тот момент, когда у него были эти видения?

Ирина: Он мне показывает, что было как общение.

(Серафим) Почему было потрясение? Потому, что так как (я уже говорил) понизил свой уровень, я тогда ещё считал себя недостойным такого присутствия. Поэтому у меня было состояние не то что стыда, а такого чувства вины, что ли (показывает, как он плачет). Но я получал такие мысли, такие сигналы, сообщения о том, что Бог меня любит и, значит, хочет, чтобы я видел Ангелов, Иисуса. И мне даже было удивительно, что другие люди этого не видят.

(Ирина) Он мне сейчас показывает, как не знает, говорить ему об увиденном или нет, что-то такое, сомневается в этом.

(Серафим) Еще у меня были страхи сомнения, что мне не поверят, но я не мог это держать в себе. То есть не хотел быть выскочкой – что среди монахов такой достаточно молодой монах вдруг начинает видеть Иисуса. Это ведь могли понять, что я просто возгордился и общаюсь уже непонятно с кем, вижу непонятно что. Были тоже такие страхи, и были даже сомнения: «А может, это не Иисус? Может, какие-нибудь злые духи под него подстраиваются?»

Были такие страхи, особенно когда я был ещё молодым (показывает). Мне даже было легче контактировать, когда я был ещё ребёнком. А когда я уже обучился, стал читать всякую литературу – Библию, жития святых, то это всё, эту информацию, я стал к себе примерять, и мне уже было сложнее поверить в эти контакты. А в детстве, когда Он ко мне приходил тоже, мне было легче это принять.

Светлана: Благодарю, благодарю!

28:56 Дух Серафима Саровского о чудесном исцелении им дьякона.

Светлана: Есть такой интересный факт – любопытный, смешной. Расскажи, пожалуйста, как ты повлиял на одного дьякона, который вёл себя не совсем прилично, не по-божески, хотя он находился в сане. У него получалось так, что отнимался язык. И через какое-то время ты на него повлиял.

Когда это дьякон заходил в церковь, то у него отнималась речь, то есть случалось онемение языка. Но в конце концов после твоего влияния, после специальных песнопений у него язык перестал неметь, он стал говорить, смог говорить в церкви. Действительно такой случай был? Расскажи, пожалуйста, об этом необыкновенном случае.

Ирина (Серафим): Да, у него тоже был определённый блок, связанный с чувством вины. У этого человека было чувство вины по отношению к Богу, потому что он не очень хорошо вёл себя со своей женой.

(Ирина) Такое он мне сейчас показывает.

(Серафим) И из-за того, что он считал себя недостойным, его тело срабатывало таким образом, что немел язык, то есть временная такая немота появлялось. А когда я помолился о нём, и он поверил, впустил в себя Свет, в своё сердце, он поверил, что Бог его простил, и почувствовал это – у него эта немота ушла. Здесь даже не то, что я прямо считаю волшебной свою молитву, – здесь ещё вера играет роль.

Светлана: Понятно. Благодарю.

30:57 Жизнь в отшельничестве в лесу. Искушения. Общение с Духами леса.

Светлана: Во время уединения после 1794 года в течение долгого времени – шестнадцать лет – в лесу, за пять километров от монастыря, ты вёл аскетический образ жизни. И там было искушение дьявола.

Вот эти ситуации, когда рассказывается, что ты видел, как буквально стены твоего жилища падают, когда ломятся в дверь, – что это были за видения такие, что это были за искушения?

Ирина (Серафим): Меня пугали разнообразные Духи, которые жили в лесу, то есть (показывает) Духи природы. Они меня тоже не знали. Потому что когда я молился, от моего жилища исходил такой Свет, который им был виден, и для многих из них было непонятно, что происходит. Для них это было как чужеродное тело, и они хотели не то, что меня напугать, а хотели, чтобы я ушёл оттуда. Но я молился и направлял им тоже энергию Бога, и они от этого успокаивались, как бы примирение наступало у меня с ними.

У меня это не вызывало страха, потому что я в то время уже верил полностью – был уверен в себе и в Боге. Я был уверен, что Бог меня защитит (показывает книгу – Псалтырь). Я постоянно читал Псалтырь, а там очень часто было написано, что именно Бог – моя защита, моя крепость, моё убежище. Именно такие образы там подавались – что ничто не может навредить человеку без воли Бога. Я в это полностью верил, и мне не было страшно.

Насчёт падений стен – это были как бы видения, стены на месте были.

(Ирина) Он мне показывает, как они ему показывали, что как будто это упало, чтобы он испугался.

(Серафим) А почему я тоже так видел, мне сказала Богородица – она приходила подкреплять меня, и Иисус приходил. Я уже по-другому воспринимал тогда эти контакты, уже в них поверил и смирился с этим. И мне был ответ, что у меня такое духовное зрение, которое восприимчиво, воспринимает вот эти все явления, поэтому я видел их. Я даже когда прогуливался по лесу, видел Духа леса, я видел Духов, которые (показывает) как маленькие эльфы с крылышками, которые над цветами вот так летают (Ирина показывает, как они летают).

(Ирина) Короче, он видел Духов природы.

Светлана: Прекрасно!

Ирина (Серафим): А потом те, которые хотели меня изначально изгнать из своего леса, полюбили меня и уже не стали на меня нападать. Это было только в первые несколько месяцев.

Светлана: Так, благодарю.

34:54 Дух Серафима Саровского о своём столпничестве и образе жизни в лесу.

Светлана: Но вот во время столпничества – стояния на камне тысячи дней и ночей, когда он молился...

Ирина (Серафим): Не было, не было именно тысячи дней и ночей, не было такого. Я иногда там молился, потому что этот камень не на земле был, а как бы на возвышении таком, и по нему можно было вот так подняться и встать на него. То есть это был такой пригорок, и когда я на него становился, это было такое чувство, что ты ближе к небу.

И я любил это делать ночью, да, действительно, под звёздами. Там было такое прекрасное звёздное небо, большая как бы опрокинутая бездна, в которой тысячи очень красивых звёзд.

(Ирина) Он мне сейчас показывает эту картину. И действительно, это отличается от того, что сейчас же фонари везде, а тогда это было очень ярко.

Светлана: Понятно. Значит, вот...

Ирина (Серафим): Я молился, но не прямо тысячу раз. Естественно, я уходил к себе в избу, естественно, я и там молился, делал дела по хозяйству, это всё у меня было. И приходил на камень молиться.

Светлана: Во время ночных молитв, во время таких ночных бдений были ли нападения животных или контакт с какими-то животными? Потому что считается, что в то время были такие возможные не то, что нападения, а пугали животные?

Ирина (Серафим): В то время – нет. Дневные животные – они уже в это время спали. Если ты про ночь говоришь.

Светлана: Да, да, да, про ночь.

Ирина (Серафим): А остальные животные – их отводили вот эти Духи леса. То есть как бы охрана была, защита. Я слышал, что там иногда волки могли выть (показывает), но они не подходили, так как чувствовали запах человека и не подходили – они за животными охотились. Именно такие животные были, да совы там летали.

(Ирина) Он мне сейчас показывает это и показывает ещё, что у него рядом с избушкой собака рыжего такого цвета живёт, и она как... Вокруг звёзды там, ночь, какие-то ёлки вдалеке, там такой достаточно густой лес. Да, немножко страшновато, конечно. Тем более у него там какая-то свечка или лучинка – что-то такое горит. Да, лампада висит, и печка у него. Сейчас я вижу какую-то как печку...

Светлана: Да, была печь.

Ирина: Зима же там.

А кто же тебе снег чистит? Он говорит: «У меня была лопата». Что-то показывает типа деревянной лопаты такой.

Светлана: Понятно.

Ирина: Которой он разгребал снег. Да уж. И к нему, он мне показывает, привозили какие-то продукты – показывает, что к нему что-то везут.

Светлана: Да, приносили. И инокам он приносил.

Ирина: Он мне показывает, что какие-то люди на лошадях приехали, какие-то подарки ему, что ли, дарят.

Светлана: Понятно.

Ирина: Эти люди как посетители.

Светлана: Да, да, народ.

Ирина: Он показывает лошадь с телегой, и в этой телеге лежат какие-то как подарки: одежда какая-то, которая тёплая, вязаная, продукты. И он мне сейчас показывает, как благодарил, а потом мог кому-то это отдать.

Светлана: Понятно.

Ирина: Часть продуктов людям, которые нуждались.

40:09 Дух Серафима Саровского о своём обете молчания.

Светлана: Скажи, пожалуйста, преподобный Серафим, молчание твоё, которое длилось очень долго, такое молчание, когда ты падал ниц, ни с кем не разговаривал, – был в такой аскезе и в молчании. Это что такое было, по твоему разумению сейчас?

Ирина (Серафим): Я в это время занимался… Да, у меня был такой период, это тоже такое аскетическое упражнение, как у вас практика, когда ты не общаешься с людьми. Но в это время ты не то, что думаешь о чём попало, о чём хочешь – у тебя в уме именно молитва идёт, постоянная молитва, и этим только ум занят. Чтобы не отвлекаться на каких-то людей, то есть на какие-то обстоятельства и на людей.

Ты берёшь на себя такое, но об этом объявляешь – это всё с благословения духовного учителя, и ты об этом объявляешь. Поэтому монахи, они уже об этом знают и не подходят, но только вот люди могут приехать, но (показывает) их предупреждают о том, что я в этом обете.

Светлана: Понятно. А первый приём, первый приём после молчания, после такой аскезы, когда был – в 1813 году или в 1825-м? Первый посетитель, когда ты вышел из молчания?

Ирина (Серафим): В тринадцатом.

Светлана: Значит, в тринадцатом.

Ирина: Да, он мне показывают, что в более ранний период.

Светлана: И вот во время этих приёмов ты помогал людям – достаточно тебе было помазать елеем, дать какой-нибудь напиток, и люди мгновенно исцелялись. Это было так?

Ирина: Он мне показывает, что приезжало много людей в это время, у которых родственники были на фронте.

Светлана: Так.

Ирина (Серафим): И очень плакали, и просили, чтобы я помолился, сказал, живы там их родственники или нет. И все очень просили, чтобы я молился о мире, и я молился о том, чтобы прекратилась война.

Светлана: Понятно, понятно. Благодарю, благодарю!

42:54 Дух Серафима Саровского о Свято-Троицком Серафимо-Дивеевском монастыре.

Светлана: А теперь, если можно, поговорим о твоём Серафимо-Дивеевском монастыре, у которого ты был покровителем, строительство которого начал.

Скажи, пожалуйста, там твои мощи, как сейчас происходит твой контакт с людьми? Канавка Божьей Матери, которую сейчас люди обходят, какие там вообще чудеса на энергетическом уровне?

Ирина: Он мне сейчас показывает – исцеление, исцеление от болезней. Тоже, естественно, если человек работает над устранением духовной причины, то в этом монастыре происходит исцеление и очищение Души от всяких негативных моментов. То есть (он мне сейчас показывает) уходят различные злые сущности – это как защита такая над человеком.

(Серафим) Да, когда он там находится. Это очень светлое место, я его очень любил и вложил в него, вот в это пространство, Свет своей Души. Когда я там был, я посылал Свет на всё – на растения, на землю, на воздух.

(Ирина) Он мне сейчас показывает, что это астральное пространство – оно пропитано его энергией.

Светлана: Прекрасно!

Ирина (Серафим): Каждый там, конечно же, увидит что-то своё. Если человек не верующий, он закрыл своё сердце к этим тонким духовным ощущениям, то для него это просто будет как красота такая физическая. Там очень красиво.

(Ирина) Он мне сейчас показывает, что видит через веру: там очень красивое место. То есть через тех людей, которые туда приезжают. И если человек верующий, он почувствует благодать этого места.

(Серафим) Что такое благодать? Это когда тебе идёт помощь в молитве, в добрых делах и в том, чтобы ты мог быть счастливым в своей жизни. Многие очень приезжают туда молиться о здоровье, об успехе, о рождении детей и так далее. А когда обходят, например, (показывает такой круг), то идут и молятся о Богородице, о том, чтобы она дала женского счастья, мира в семье, здоровых, умных детей. И всё это идёт в эгрегор христианский.

Мы говорим – Небесный Иерусалим, Небесная Церковь. Это как раз христианский эгрегор. Иерусалим – это, как известно, город царя, а в духовном смысле Небесный Иерусалим – это город Небесного Царя. А Небесный Царь – это первородный сын Иисус Христос, который един с Отцом всегда и не выходил из этого единства. Его первородность как раз заключается в постоянном желании никак не отделяться от Бога своей волей при отделении в качестве сущности.

46:49 О мощах Серафима Саровского в Дивеево.

Светлана: Мощи, которые нашли в музее и опознали их как мощи Серафима Саровского – там только по надписи это можно было понять. Подтверждает ли Серафим, что это реально его мощи? Возможен ли ответ на этот вопрос сейчас?

Ирина: Где твоё тело находится? Это твои мощи нашли?

(Серафим) Да. Но дело в том, что они были в руках людей, которые их изучали.

(Ирина) Он мне сейчас показывает, как перебирают что-то...

Светлана: Да, не хватало позвонка.

Ирина (Серафим): И там ещё в этой коробке рядом с останками моего тела есть останки тел, мне не принадлежащих. То есть они просто всё сложили в одну кучу. Но это неважно совершенно, там тоже были… я просто знаю, чьи это тела, они тоже были монахами. То есть это были определённые останки других монахов.

Светлана: Это священные тоже, получается, останки? Прекрасно, прекрасно. Получается, что всё равно это принадлежащие святым...

Ирина: Он мне сейчас показывает на ногу. Что там? Так, сейчас... Правую ногу он мне показывает, как кости гниют от какого-то другого человека, что-то типа того.

Светлана: Понятно, хорошо.

48:41 Дух Серафима Саровского «святости» и «святыне». Воздействие мощей на верующих.

Светлана: Как мощи воздействует на человека? Когда он к ним подходит, начинает с ними взаимодействовать – они исцеляюще действуют, или это просто энергия такого блаженства? Что именно?

Ирина (Серафим): Так же, как и любая другая святыня.

Я просто объясню, что такое святой предмет, святыня. Что такое святость? Это энергия Бога, которая является источником для всех энергий Вселенной. На русском языке эта энергия называется словом «святость», и она исходит от многих людей, которые этот Свет в себя накопили.

Кстати, любая Божественная энергия – это Свет, и он называется Божественный Свет. Святость – это тоже Свет. Есть ещё такие Божественные энергии, как Любовь, Жизнь, Истина – это всё тоже Свет. А святость – это именно такая энергия, которая очищает человек и делает его тоже святым.

То есть это энергия единства, объединения Душами. И когда человек её в своём сердце накопил (показывает), как копилку, в которую монеты опускают, то всё его тело, все атомы его тела, они начинают как бы пропитываться этой энергией. Потому что пока человек жив, его Душа соединена с телом, и то, что происходит в Душе, оно влияет на тело.

И когда человек выходит из тела, выходит из жизни, умирает, его Душа разъединяется с телом, то в теле остаётся вот это вот воздействие, следы этого воздействия, этой энергии. А далее, если к этим останкам начинают приходить люди... Ведь что такое поклонение – это почитать этого человека, то есть не кланяться как Богу, а уважать, отдавать дань почитания. То есть чтить его память, помнить о нём, благодарить его, посылать ему Любовь.

А тело, вот эти останки, мощи, как вы говорите, – это такая ниточка, которая связывает с Душой. Это же была её определённой частью. Так вот, Душа это чувствует (показывает, как Дух это тоже чувствует). И когда люди начинают поклоняться мощам, то есть не то, что прямо кланяться, а духовно поклоняться, то есть оказывать уважение, почёт, воздавать славу, то Дух, который находится на высоком уровне, – он это чувствует. И через это своё тело, через эти останки тоже им посылает энергию. Это подтверждает Свет, который от него исходит.

Светлана: Благодарю.

Ирина (Серафим): Люди это тоже чувствуют, и очень многие чувствуют изменения, например, атмосферу, особую духовную атмосферу в том храме, где находятся мощи. Потому что там присутствует излучение, но оно не физическое, а именно в духовном плане.

Светлана: Здорово!

53:16 О лечебных сеансах «Луч Серафима».

Светлана: Ириночка, я вам задам последний вопрос. Вы знаете, в чате, где я провожу лечебные сеансы, там у меня есть сеанс с Серафимом Саровским. Я хочу спросить у преподобного Серафима, насколько он доволен этими моими сеансами?

Когда я провожу эти сеансы, я называю их «Луч Серафима», потому что это энергии Серафима через меня проходят. Насколько он доволен качеством этих сеансов, как я провожу эти сеансы? Какие у него будут пожелания?

Ирина (Серафим): Да, я благодарю тебя, моя духовная дочь. Мы своих контактёров называем духовными детьми. Но я хочу сказать, что ты там не только мои энергии проводишь, ещё у тебя есть контакт с Сергием Радонежским.

(Ирина) Он мне сейчас показывает его с Матроной и с Пантелеймоном Целителем. Показывает, как они вокруг тебя.

(Серафим) Насколько я доволен? Всё в Свете Божественной Любви. Ещё мне нравится, как ты проводишь свои практики, которые ты называешь медитациями. Они очень хорошо воздействуют на людей и приводят их к Богу в сердце, то есть раскрывают Божественные способности.

Светлана: Благодарю!

Ирина (Серафим): Благодарю тебя за твою деятельность на Земле, а также за твоё спокойствие в периоды жизненных бурь. И ещё благодарю тебя за твой оптимизм, за высокое, чистое состояние Души и за Любовь к людям.

Светлана: Низкий поклон! Благодарю, благодарю, благодарю, Серафим Саровский! Преподобный Серафим, я даже растерялась, честно говоря, от такого прекрасного сообщения.

Скажи, если можно, пожелания! Может быть, какие-нибудь личные мне пожелания? Воспользовавшись таким случаем, попрошу тебя.

Ирина: Он говорит, что тебе нужно больше отдыхать, и тебе нужно почему-то наладить питание. Чтобы оно было более разнообразным. И еще больше бывай на природе, общайся с природой, с солнышком, с цветочками, с деревьями... То есть (он мне показывает) каждый день благодари Бога и общайся с природой. Совершай прогулки и посвящай больше времени себе как женщине – ты очень красивая женщина!

Светлана: Благодарю, благодарю! Хорошо, благодарю.

Ирина: Сейчас он посылает тебе энергию, Свет. Что ты чувствуешь?

Светлана: Ой, да, принимаю! Потому что вы знаете – в потоке сейчас нахожусь, в лёгком таком, и даже растерялась из-за этого всего. Настолько мне приятно это всё – поток! Благодарю и принимаю, люблю и благословляю! Сказать больше нечего. Благодарю, Серафим Саровский!

Что ж, ещё масса вопросов, но мы, как говорится, если будет возможность, ещё побеседуем. Благодарю за беседу! Благодарю за ответы, разъяснения! Многие вопросы по твоей жизни теперь становятся ясными и понятными. За что очень благодарю тебя. Хорошо, на этом можно заканчивать.

Ирина: И я благодарю. Серафим, благодарю тебя! Посылаю тебе Свет Любви и благодарности. Также благодарю, Светлана, тебя. И благодарю вас, дорогие зрители, за просмотр этого видео. Благодарю тебя, Светлана, за интересные вопросы, а Серафима благодарю за ответы.

Он говорит: «Тоже благодарю».

Итак, дорогие друзья, благодарю вас! До новых встреч!

---

8 мая 2024 года

Участники конференции:

Ирина Подзорова – контактёр с внеземными цивилизациями, с тонкоматериальными цивилизациями и с Духовным миром;

Светлана Эвва – мастер Проекта «Кассиопея», представитель Школы «SAKRAL»;

Архангел Михаил – хранитель христианского эгрегора, покровитель и куратор Земли в Духовном мире;

Дух Серафима Саровского – иеромонах, святой Русской православной церкви, одно из воплощений Архангела Михаила.

***

III
Из бесед и поучений старца Зосимы 

( из романа "Братья Карамозовы" Федора Достоевского

д) Нечто об иноке русском и о возможном значении его

Отцы и учители, что есть инок? В просвещенном мире слово сие произносится в наши дни у иных уже с насмешкой, а у некоторых и как бранное. И чем дальше, тем больше. Правда, ох правда, много и в монашестве тунеядцев, плотоугодников, сластолюбцев и наглых бродяг. На сие указывают образованные светские люди: «Вы, дескать, лентяи и бесполезные члены общества, живете чужим трудом, бесстыдные нищие». А между тем сколь много в монашестве смиренных и кротких, жаждущих уединения и пламенной в тишине молитвы. На сих меньше указывают и даже обходят молчанием вовсе, и сколь подивились бы, если скажу, что от сих кротких и жаждущих уединенной молитвы выйдет, может быть, еще раз спасение земли русской! Ибо воистину приготовлены в тишине «на день и час, и месяц и год». Образ Христов хранят пока в уединении своем благолепно и неискаженно, в чистоте правды божией, от древнейших отцов, апостолов и мучеников, и, когда надо будет, явят его поколебавшейся правде мира. Сия мысль великая. От востока звезда сия воссияет.Так мыслю об иноке, и неужели ложно, неужели надменно? Посмотрите у мирских и во всем превозносящемся над народом божиим мире, не исказился ли в нем лик божий и правда его? У них наука, а в науке лишь то, что подвержено чувствам. Мир же духовный, высшая половина существа человеческого отвергнута вовсе, изгнана с некиим торжеством, даже с ненавистью. Провозгласил мир свободу, в последнее время особенно, и что же видим в этой свободе ихней: одно лишь рабство и самоубийство! Ибо мир говорит: «Имеешь потребности, а потому насыщай их, ибо имеешь права такие же, как и у знатнейших и богатейших людей. Не бойся насыщать их, но даже приумножай» — вот нынешнее учение мира. В этом и видят свободу. И что же выходит из сего права на приумножение потребностей? У богатых уединение и духовное самоубийство, а у бедных — зависть и убийство, ибо права-то дали, а средств насытить потребности еще не указали. Уверяют, что мир чем далее, тем более единится, слагается в братское общение тем, что сокращает расстояния, передает по воздуху мысли. Увы, не верьте таковому единению людей. Понимая свободу как приумножение и скорое утоление потребностей искажают природу свою, ибо зарождают в себе много бессмысленных и глупых желаний, привычек и нелепейших выдумок. Живут лишь для зависти друг к другу, для плотоугодия и чванства. Иметь обеды, выезды, экипажи, чины и рабов-прислужников считается уже такою необходимостью, для которой жертвуют даже жизнью, честью и человеколюбием, чтоб утолить эту необходимость, и даже убивают себя, если не могут утолить ее. У тех, которые небогаты, то же самое видим, а у бедных неутоление потребностей и зависть пока заглушаются пьянством. Но вскоре вместо вина упьются и кровью, к тому их ведут. Спрашиваю я вас: свободен ли такой человек? Я знал одного «борца за идею», который сам рассказывал мне, что, когда лишили его в тюрьме табаку, то он до того был измучен лишением сим, что чуть не пошел и не предал свою «идею», чтобы только дали ему табаку. А ведь этакой говорит: «За человечество бороться иду». Ну куда такой пойдет и на что он способен? На скорый поступок разве, а долго не вытерпит. И не дивно, что вместо свободы впали в рабство, а вместо служения братолюбию и человеческому единению впали, напротив, в отъединение и уединение, как говорил мне в юности моей таинственный гость и учитель мой. А потому в мире всё более и более угасает мысль о служении человечеству, о братстве и целостности людей и воистину встречается мысль сия даже уже с насмешкой, ибо как отстать от привычек своих, куда пойдет сей невольник, если столь привык утолять бесчисленные потребности свои, которые сам же навыдумал? В уединении он, и какое ему дело до целого. И достигли того, что вещей накопили больше, а радости стало меньше.Другое дело путь иноческий. Над послушанием, постом и молитвой даже смеются, а между тем лишь в них заключается путь к настоящей, истинной уже свободе: отсекаю от себя потребности лишние и ненужные, самолюбивую и гордую волю мою смиряю и бичую послушанием, и достигаю тем, с помощию божьей, свободы духа, а с нею и веселья духовного! Кто же из них способнее вознести великую мысль и пойти ей служить — уединенный ли богач или сей освобожденный от тиранства вещей и привычек? Инока корят его уединением: «Уединился ты, чтобы себя спасти в монастырских стенах, а братское служение человечеству забыл». Но посмотрим еще, кто более братолюбию поусердствует? Ибо уединение не у нас, а у них, но не видят сего. А от нас и издревле деятели народные выходили, отчего же не может их быть и теперь? Те же смиренные и кроткие постники и молчальники восстанут и пойдут на великое дело. От народа спасение Руси. Русский же монастырь искони был с народом. Если же народ в уединении, то и мы в уединении. Народ верит по-нашему, а неверующий деятель у нас в России ничего не сделает, даже будь он искренен сердцем и умом гениален. Это помните. Народ встретит атеиста и поборет его, и станет единая православная Русь. Берегите же народ и оберегайте сердце его. В тишине воспитайте его. Вот ваш иноческий подвиг, ибо сей народ — богоносец.

е) Нечто о господах и слугах и о том, возможно ли господам и слугам стать взаимно по духу братьями

Боже, кто говорит, и в народе грех. А пламень растления умножается даже видимо, ежечасно, сверху идет. Наступает и в народе уединение: начинаются кулаки и мироеды; уже купец всё больше и больше желает почестей, стремится показать себя образованным, образования не имея нимало, а для сего гнусно пренебрегает древним обычаем и стыдится даже веры отцов. Ездит ко князьям, а всего-то сам мужик порченый. Народ загноился от пьянства и не может уже отстать от него. А сколько жестокости к семье, к жене, к детям даже; от пьянства всё. Видал я на фабриках десятилетних даже детей: хилых, чахлых, согбенных и уже развратных. Душная палата, стучащая машина, весь божий день работы, развратные слова и вино, вино, а то ли надо душе такого малого еще дитяти? Ему надо солнце, детские игры и всюду светлый пример и хоть каплю любви к нему. Да не будет же сего, иноки, да не будет истязания детей, восстаньте и проповедуйте сие скорее, скорее. Но спасет бог Россию, ибо хоть и развратен простолюдин и не может уже отказать себе во смрадном грехе, но всё же знает, что проклят богом его смрадный грех и что поступает он худо, греша. Так что неустанно еще верует народ наш в правду, бога признает, умилительно плачет. Не то у высших. Те вослед науке хотят устроиться справедливо одним умом своим, но уже без Христа, как прежде, и уже провозгласили, что нет преступления, нет уже греха. Да оно и правильно по-ихнему: ибо если нет у тебя бога, то какое же тогда преступление? В Европе восстает народ на богатых уже силой, и народные вожаки повсеместно ведут его к крови и учат, что прав гнев его. Но «проклят гнев их, ибо жесток». А Россию спасет господь, как спасал уже много раз. Из народа спасение выйдет, из веры и смирения его. Отцы и учители, берегите веру народа, и не мечта сие: поражало меня всю жизнь в великом народе нашем его достоинство благолепное и истинное, сам видел, сам свидетельствовать могу, видел и удивлялся, видел, несмотря даже на смрад грехов и нищий вид народа нашего. Не раболепен он, и это после рабства двух веков. Свободен видом и обращением, но безо всякой обиды. И не мстителен, и не завистлив. «Ты знатен, ты богат, ты умен и талантлив — и пусть, благослови тебя бог. Чту тебя, но знаю, что и я человек. Тем, что без зависти чту тебя, тем-то и достоинство мое являю пред тобой человеческое». Воистину, если не говорят сего (ибо не умеют еще сказать сего), то так поступают, сам видел, сам испытывал, и верите ли: чем беднее и ниже человек наш русский, тем и более в нем сей благолепной правды заметно, ибо богатые из них кулаки и мироеды во множестве уже развращены, и много, много тут от нерадения и несмотрения нашего вышло! Но спасет бог людей своих, ибо велика Россия смирением своим. Мечтаю видеть и как бы уже вижу ясно наше грядущее: ибо будет так, что даже самый развращенный богач наш кончит тем, что устыдится богатства своего пред бедным, а бедный, видя смирение сие, поймет и уступит ему с радостью, и лаской ответит на благолепный стыд его. Верьте, что кончится сим: на то идет. Лишь в человеческом духовном достоинстве равенство, и сие поймут лишь у нас. Были бы братья, будет и братство, а раньше братства никогда не разделятся. Образ Христов храним, и воссияет как драгоценный алмаз всему миру... Бу́ди, бу́ди!Отцы и учители, произошло раз со мною умилительное дело. Странствуя, встретил я однажды, в губернском городе К., бывшего моего денщика Афанасия, а с тех пор, как я расстался с ним, прошло уже тогда восемь лет. Нечаянно увидел меня на базаре, узнал, подбежал ко мне и, боже, сколь обрадовался, так и кинулся ко мне: «Батюшка, барин, вы ли это? Да неужто вас вижу?» Повел меня к себе. Был уже он в отставке, женился, двух детей-младенцев уже прижил. Проживал с супругой своею мелким торгом на рынке с лотка. Комнатка у него бедная, но чистенькая, радостная. Усадил меня, самовар поставил, за женой послал, точно я праздник какой ему сделал, у него появившись. Подвел ко мне деток: «Благословите, батюшка». — «Мне ли благословлять, — отвечаю ему, — инок я простой и смиренный, бога о них помолю, а о тебе, Афанасий Павлович, и всегда, на всяк день, с того самого дня, бога молю, ибо с тебя, говорю, всё и вышло». И объяснил ему я это как умел. Так что же человек: смотрит на меня и всё не может представить, что я, прежний барин его, офицер, пред ним теперь в таком виде и в такой одежде: заплакал даже. «Чего же ты плачешь, — говорю ему, — незабвенный ты человек, лучше повеселись за меня душой, милый, ибо радостен и светел путь мой». Многого не говорил, а всё охал и качал на меня головой умиленно. «Где же ваше, спрашивает, богатство?» Отвечаю ему: «В монастырь отдал, а живем мы в общежитии». После чаю стал я прощаться с ними, и вдруг вынес он мне полтину, жертву на монастырь, а другую полтину, смотрю, сует мне в руку, торопится: «Это уж вам, говорит, странному, путешествующему, пригодится вам, может, батюшка». Принял я его полтину, поклонился ему и супруге его и ушел обрадованный и думаю дорогой: «Вот мы теперь оба, и он у себя, и я, идущий, охаем, должно быть, да усмехаемся радостно, в веселии сердца нашего, покивая головой и вспоминая, как бог привел встретиться». И больше я уж с тех пор никогда не видал его. Был я ему господин, а он мне слуга, а теперь, как облобызались мы с ним любовно и в духовном умилении, меж нами великое человеческое единение произошло. Думал я о сем много, а теперь мыслю так: неужели так недоступно уму, что сие великое и простодушное единение могло бы в свой срок и повсеместно произойти меж наших русских людей? Верую, что произойдет, и сроки близки.А про слуг прибавлю следующее: сердился я прежде, юношею, на слуг много: «кухарка горячо подала, денщик платье не вычистил». Но озарила меня тогда вдруг мысль моего милого брата, которую слышал от него в детстве моем: «Стою ли я того и весь-то, чтобы мне другой служил, а чтоб я, за нищету и темноту его, им помыкал?» И подивился я тогда же, сколь самые простые мысли, воочию ясные, поздно появляются в уме нашем. Без слуг невозможно в миру, но так сделай, чтобы был у тебя твой слуга свободнее духом, чем если бы был не слугой. И почему я не могу быть слугою слуге моему и так, чтобы он даже видел это, и уж безо всякой гордости с моей стороны, а с его — неверия? Почему не быть слуге моему как бы мне родным, так что приму его наконец в семью свою и возрадуюсь сему? Даже и теперь еще это так исполнимо, но послужит основанием к будущему уже великолепному единению людей, когда не слуг будет искать себе человек и не в слуг пожелает обращать себе подобных людей, как ныне, а, напротив, изо всех сил пожелает стать сам всем слугой по Евангелию. И неужели сие мечта, чтобы под конец человек находил свои радости лишь в подвигах просвещения и милосердия, а не в радостях жестоких, как ныне, — в объядении, блуде, чванстве, хвастовстве и завистливом превышении одного над другим? Твердо верую, что нет и что время близко. Смеются и спрашивают: когда же сие время наступит и похоже ли на то, что наступит? Я же мыслю, что мы со Христом это великое дело решим. И сколько же было идей на земле, в истории человеческой, которые даже за десять лет немыслимы были и которые вдруг появлялись, когда приходил для них таинственный срок их, и проносились по всей земле? Так и у нас будет, и воссияет миру народ наш, и скажут все люди: «Камень, который отвергли зиждущие, стал главою угла». А насмешников вопросить бы самих: если у нас мечта, то когда же вы-то воздвигнете здание свое и устроитесь справедливо лишь умом своим, без Христа? Если же и утверждают сами, что они-то, напротив, и идут к единению, то воистину веруют в сие лишь самые из них простодушные, так что удивиться даже можно сему простодушию. Воистину у них мечтательной фантазии более, чем у нас. Мыслят устроиться справедливо, но, отвергнув Христа, кончат тем, что зальют мир кровью, ибо кровь зовет кровь, а извлекший меч погибнет мечом. И если бы не обетование Христово, то так и истребили бы друг друга даже до последних двух человек на земле. Да и сии два последние не сумели бы в гордости своей удержать друг друга, так что последний истребил бы предпоследнего, а потом и себя самого. И сбылось бы, если бы не обетование Христово, что ради кротких и смиренных сократится дело сие. Стал я тогда, еще в офицерском мундире, после поединка моего, говорить про слуг в обществе, и все-то, помню, на меня дивились: «Что же нам, говорят, посадить слугу на диван да ему чай подносить?» А я тогда им в ответ: «Почему же и не так, хотя бы только иногда». Все тогда засмеялись. Вопрос их был легкомысленный, а ответ мой неясный, но мыслю, что была в нем и некая правда.

ж) О молитве, о любви и о соприкосновении мирам иным

Юноша, не забывай молитвы. Каждый раз в молитве твоей, если искренна, мелькнет новое чувство, а в нем и новая мысль, которую ты прежде не знал и которая вновь ободрит тебя; и поймешь, что молитва есть воспитание. Запомни еще: на каждый день и когда лишь можешь, тверди про себя: «Господи, помилуй всех днесь пред тобою представших». Ибо в каждый час и каждое мгновение тысячи людей покидают жизнь свою на сей земле и души их становятся пред господом — и сколь многие из них расстались с землею отъединенно, никому не ведомо, в грусти и тоске, что никто-то не пожалеет о них и даже не знает о них вовсе: жили ль они или нет. И вот, может быть, с другого конца земли вознесется ко господу за упокой его и твоя молитва, хотя бы ты и не знал его вовсе, а он тебя. Сколь умилительно душе его, ставшей в страхе пред господом, почувствовать в тот миг, что есть и за него молельщик, что осталось на земле человеческое существо, и его любящее. Да и бог милостивее воззрит на обоих вас, ибо если уже ты столь пожалел его, то кольми паче пожалеет он, бесконечно более милосердный и любовный, чем ты. И простит его тебя ради.Братья, не бойтесь греха людей, любите человека и во грехе его, ибо сие уж подобие божеской любви и есть верх любви на земле. Любите всё создание божие, и целое и каждую песчинку. Каждый листик, каждый луч божий любите. Любите животных, любите растения, любите всякую вещь. Будешь любить всякую вещь и тайну божию постигнешь в вещах. Постигнешь однажды и уже неустанно начнешь ее познавать всё далее и более, на всяк день. И полюбишь наконец весь мир уже всецелою, всемирною любовью. Животных любите: им бог дал начало мысли и радость безмятежную. Не возмущайте же ее, не мучьте их, не отнимайте у них радости, не противьтесь мысли божией. Человек, не возносись над животными: они безгрешны, а ты со своим величием гноишь землю своим появлением на ней и след свой гнойный оставляешь после себя — увы, почти всяк из нас! Деток любите особенно, ибо они тоже безгрешны, яко ангелы, и живут для умиления нашего, для очищения сердец наших и как некое указание нам. Горе оскорбившему младенца. А меня отец Анфим учил деток любить: он, милый и молчащий в странствиях наших, на подаянные грошики им пряничков и леденцу, бывало, купит и раздаст: проходить не мог мимо деток без сотрясения душевного: таков человек.Пред иною мыслью станешь в недоумении, особенно видя грех людей, и спросишь себя: «Взять ли силой али смиренною любовью?» Всегда решай: «Возьму смиренною любовью». Решишься так раз навсегда и весь мир покорить возможешь. Смирение любовное — страшная сила изо всех сильнейшая, подобной которой и нет ничего. На всяк день и час, на всякую минуту ходи около себя и смотри за собой, чтоб образ твой был благолепен. Вот ты прошел мимо малого ребенка, прошел злобный, со скверным словом, с гневливою душой; ты и не приметил, может, ребенка-то, а он видел тебя, и образ твой, неприглядный и нечестивый, может, в его беззащитном сердечке остался. Ты и не знал сего, а может быть, ты уже тем в него семя бросил дурное, и возрастет оно, пожалуй, а всё потому, что ты не уберегся пред дитятей, потому что любви осмотрительной, деятельной не воспитал в себе. Братья, любовь — учительница, но нужно уметь ее приобрести, ибо она трудно приобретается, дорого покупается, долгою работой и через долгий срок, ибо не на мгновение лишь случайное надо любить, а на весь срок. А случайно-то и всяк полюбить может, и злодей полюбит. Юноша брат мой у птичек прощения просил: оно как бы и бессмысленно, а ведь правда, ибо всё как океан, всё течет и соприкасается, в одном месте тронешь — в другом конце мира отдается. Пусть безумие у птичек прощения просить, но ведь и птичкам было бы легче, и ребенку, и всякому животному около тебя, если бы ты сам был благолепнее, чем ты есть теперь, хоть на одну каплю да было бы. Всё как океан, говорю вам. Тогда и птичкам стал бы молиться, всецелою любовию мучимый, как бы в восторге каком, и молить, чтоб и они грех твой отпустили тебе. Восторгом же сим дорожи, как бы ни казался он людям бессмысленным.Други мои, просите у бога веселья. Будьте веселы как дети, как птички небесные. И да не смущает вас грех людей в вашем делании, не бойтесь, что затрет он дело ваше и не даст ему совершиться, не говорите: «Силен грех, сильно нечестие, сильна среда скверная, а мы одиноки и бессильны, затрет нас скверная среда и не даст совершиться благому деланию». Бегите, дети, сего уныния! Одно тут спасение себе: возьми себя и сделай себя же ответчиком за весь грех людской. Друг, да ведь это и вправду так, ибо чуть только сделаешь себя за всё и за всех ответчиком искренно, то тотчас же увидишь, что оно так и есть в самом деле и что ты-то и есть за всех и за вся виноват. А скидывая свою же лень и свое бессилие на людей, кончишь тем, что гордости сатанинской приобщишься и на бога возропщешь. О гордости же сатанинской мыслю так: трудно нам на земле ее и постичь, а потому сколь легко впасть в ошибку и приобщиться ей, да еще полагая, что нечто великое и прекрасное делаем. Да и многое из самых сильных чувств и движений природы нашей мы пока на земле не можем постичь, не соблазняйся и сим и не думай, что сие в чем-либо может тебе служить оправданием, ибо спросит с тебя судия вечный то, что ты мог постичь, а не то, чего не мог, сам убедишься в том, ибо тогда всё узришь правильно и спорить уже не станешь. На земле же воистину мы как бы блуждаем, и не было бы драгоценного Христова образа пред нами, то погибли бы мы и заблудились совсем, как род человеческий пред потопом. Многое на земле от нас скрыто, но взамен того даровано нам тайное сокровенное ощущение живой связи нашей с миром иным, с миром горним и высшим, да и корни наших мыслей и чувств не здесь, а в мирах иных. Вот почему и говорят философы, что сущности вещей нельзя постичь на земле. Бог взял семена из миров иных и посеял на сей земле и взрастил сад свой, и взошло всё, что могло взойти, но взращенное живет и живо лишь чувством соприкосновения своего таинственным мирам иным; если ослабевает или уничтожается в тебе сие чувство, то умирает и взращенное в тебе. Тогда станешь к жизни равнодушен и даже возненавидишь ее. Мыслю так.

з) Можно ли быть судиею себе подобных? О вере до конца

Помни особенно, что не можешь ничьим судиею быти. Ибо не может быть на земле судья преступника, прежде чем сам сей судья не познает, что и он такой же точно преступник, как и стоящий пред ним, и что он-то за преступление стоящего пред ним, может, прежде всех и виноват. Когда же постигнет сие, то возможет стать и судиею. Как ни безумно на вид, но правда сие. Ибо был бы я сам праведен, может, и преступника, стоящего предо мною, не было бы. Если возможешь принять на себя преступление стоящего пред тобою и судимого сердцем твоим преступника, то немедленно приими и пострадай за него сам, его же без укора отпусти. И даже если б и самый закон поставил тебя его судиею, то сколь лишь возможно будет тебе сотвори и тогда в духе сем, ибо уйдет и осудит себя сам еще горше суда твоего. Если же отойдет с целованием твоим бесчувственный и смеясь над тобою же, то не соблазняйся и сим: значит, срок его еще не пришел, но придет в свое время; а не придет, всё равно: не он, так другой за него познает, и пострадает, и осудит, и обвинит себя сам, и правда будет восполнена. Верь сему, несомненно верь, ибо в сем самом и лежит всё упование и вся вера святых.Делай неустанно. Если вспомнишь в нощи, отходя ко сну: «Я не исполнил, что надо было», то немедленно восстань и исполни. Если кругом тебя люди злобные и бесчувственные и не захотят тебя слушать, то пади пред ними и у них прощения проси, ибо воистину и ты в том виноват, что не хотят тебя слушать. А если уже не можешь говорить с озлобленными, то служи им молча и в уничижении, никогда не теряя надежды. Если же все оставят тебя и уже изгонят тебя силой, то, оставшись один, пади на землю и целуй ее, омочи ее слезами твоими, и даст плод от слез твоих земля, хотя бы и не видал и не слыхал тебя никто в уединении твоем. Верь до конца, хотя бы даже и случилось так, что все бы на земле совратились, а ты лишь единый верен остался: принеси и тогда жертву и восхвали бога ты, единый оставшийся. А если вас таких двое сойдутся, то вот уж и весь мир, мир живой любви, обнимите друг друга в умилении и восхвалите господа: ибо хотя и в вас двоих, но восполнилась правда его.Если сам согрешишь и будешь скорбен даже до смерти о грехах твоих или о грехе твоем внезапном, то возрадуйся за другого, возрадуйся за праведного, возрадуйся тому, что если ты, согрешил, то он зато праведен и не согрешил.Если же злодейство людей возмутит тебя негодованием и скорбью уже необоримою, даже до желания отомщения злодеям, то более всего страшись сего чувства; тотчас же иди и ищи себе мук так, как бы сам был виновен в сем злодействе людей. Приими сии муки и вытерпи, и утолится сердце твое, и поймешь, что и сам виновен, ибо мог светить злодеям даже как единый безгрешный и не светил. Если бы светил, то светом своим озарил бы и другим путь, и тот, который совершил злодейство, может быть, не совершил бы его при свете твоем. И даже если ты и светил, но увидишь, что не спасаются люди даже и при свете твоем, то пребудь тверд и не усомнись в силе света небесного; верь тому, что если теперь не спаслись, то потом спасутся. А не спасутся и потом, то сыны их спасутся, ибо не умрет свет твой, хотя бы и ты уже умер. Праведник отходит, а свет его остается. Спасаются же и всегда по смерти спасающего. Не принимает род людской пророков своих и избивает их, но любят люди мучеников своих и чтят тех, коих замучили. Ты же для целого работаешь, для грядущего делаешь. Награды же никогда не ищи, ибо и без того уже велика тебе награда на сей земле: духовная радость твоя, которую лишь праведный обретает. Не бойся ни знатных, ни сильных, но будь премудр и всегда благолепен. Знай меру, знай сроки, научись сему. В уединении же оставаясь, молись. Люби повергаться на землю и лобызать ее. Землю целуй и неустанно, ненасытимо люби, всех люби, всё люби, ищи восторга и исступления сего. Омочи землю слезами радости твоея и люби сии слезы твои. Исступления же сего не стыдись, дорожи им, ибо есть дар божий, великий, да и не многим дается, а избранным.

и) О аде и адском огне, рассуждение мистическое

Отцы и учители, мыслю: «Что есть ад?» Рассуждаю так: «Страдание о том, что нельзя уже более любить». Раз, в бесконечном бытии, не измеримом ни временем, ни пространством, дана была некоему духовному существу, появлением его на земле, способность сказать себе: «Я есмь, и я люблю». Раз, только раз, дано было ему мгновение любви деятельной, живой, а для того дана была земная жизнь, а с нею времена и сроки, и что же: отвергло сие счастливое существо дар бесценный, не оценило его, не возлюбило, взглянуло насмешливо и осталось бесчувственным. Таковой, уже отшедший с земли, видит и лоно Авраамово и беседует с Авраамом, как в притче о богатом и Лазаре нам указано, и рай созерцает, и ко господу восходить может, но именно тем-то и мучается, что ко господу взойдет он, не любивший, соприкоснется с любившими любовью их пренебрегший. Ибо зрит ясно и говорит себе уже сам: «Ныне уже знание имею и хоть возжаждал любить, но уже подвига не будет в любви моей, не будет и жертвы, ибо кончена жизнь земная и не придет Авраам хоть каплею воды живой (то есть вновь даром земной жизни, прежней и деятельной) прохладить пламень жажды любви духовной, которою пламенею теперь, на земле ее пренебрегши; нет уже жизни, и времени более не будет! Хотя бы и жизнь свою рад был отдать за других, но уже нельзя, ибо прошла та жизнь, которую возможно было в жертву любви принесть, и теперь бездна между тою жизнью и сим бытием». Говорят о пламени адском материальном: не исследую тайну сию и страшусь, но мыслю, что если б и был пламень материальный, то воистину обрадовались бы ему, ибо, мечтаю так, в мучении материальном хоть на миг позабылась бы ими страшнейшая сего мука духовная. Да и отнять у них эту муку духовную невозможно, ибо мучение сие не внешнее, а внутри их. А если б и возможно было отнять, то, мыслю, стали бы оттого еще горше несчастными. Ибо хоть и простили бы их праведные из рая, созерцая муки их, и призвали бы их к себе, любя бесконечно, но тем самым им еще более бы приумножили мук, ибо возбудили бы в них еще сильнее пламень жажды ответной, деятельной и благодарной любви, которая уже невозможна. В робости сердца моего мыслю, однако же, что самое сознание сей невозможности послужило бы им наконец и к облегчению, ибо, приняв любовь праведных с невозможностью воздать за нее, в покорности сей и в действии смирения сего, обрящут наконец как бы некий образ той деятельной любви, которою пренебрегли на земле, и как бы некое действие с нею сходное... Сожалею, братья и други мои, что не умею сказать сего ясно. Но горе самим истребившим себя на земле, горе самоубийцам! Мыслю, что уже несчастнее сих и не может быть никого. Грех, рекут нам, о сих бога молить, и церковь наружно их как бы и отвергает, но мыслю в тайне души моей, что можно бы и за сих помолиться. За любовь не осердится ведь Христос. О таковых я внутренно во всю жизнь молился, исповедуюсь вам в том, отцы и учители, да и ныне на всяк день молюсь.О, есть и во аде пребывшие гордыми и свирепыми, несмотря уже на знание бесспорное и на созерцание правды неотразимой; есть страшные, приобщившиеся сатане и гордому духу его всецело. Для тех ад уже добровольный и ненасытимый; те уже доброхотные мученики. Ибо сами прокляли себя, прокляв бога и жизнь. Злобною гордостью своею питаются, как если бы голодный в пустыне кровь собственную свою сосать из своего же тела начал. Но ненасытимы во веки веков и прощение отвергают, бога, зовущего их, проклинают Бога живаго без ненависти созерцать не могут и требуют, чтобы не было бога жизни, чтоб уничтожил себя бог и всё создание свое. И будут гореть в огне гнева своего вечно, жаждать смерти и небытия. Но не получат смерти. Здесь оканчивается рукопись Алексея Федоровича Карамазова. Повторяю: она не полна и отрывочна. Биографические сведения, например, обнимают лишь первую молодость старца. Из поучений же его и мнений сведено вместе, как бы в единое целое, сказанное, очевидно, в разные сроки и вследствие побуждений различных. Всё же то, что изречено было старцем собственно в сии последние часы жизни его, не определено в точности, а дано лишь понятие о духе и характере и сей беседы, если сопоставить с тем, что приведено в рукописи Алексея Федоровича из прежних поучений. Кончина же старца произошла воистину совсем неожиданно. Ибо хотя все собравшиеся к нему в тот последний вечер и понимали вполне, что смерть его близка, но всё же нельзя было представить, что наступит она столь внезапно; напротив, друзья его, как уже и заметил я выше, видя его в ту ночь столь, казалось бы, бодрым и словоохотливым, убеждены были даже, что в здоровье его произошло заметное улучшение, хотя бы и на малое лишь время. Даже за пять минут до кончины, как с удивлением передавали потом, нельзя было еще ничего предвидеть. Он вдруг почувствовал как бы сильнейшую боль в груди, побледнел и крепко прижал руки к сердцу. Все тогда встали с мест своих и устремились к нему; но он, хоть и страдающий, но всё еще с улыбкой взирая на них, тихо опустился с кресел на пол и стал на колени, затем склонился лицом ниц к земле, распростер свои руки и, как бы в радостном восторге, целуя землю и молясь (как сам учил), тихо и радостно отдал душу богу. Известие о кончине его немедленно пронеслось в ските и достигло монастыря. Ближайшие к новопреставленному и кому следовало по чину стали убирать по древлему обряду тело его, а вся братия собралась в соборную церковь. И еще до рассвета, как передавалось потом по слухам, весть о новопреставленном достигла города. К утру чуть не весь город говорил о событии, и множество граждан потекло в монастырь. Но о сем скажем в следующей книге, а теперь лишь прибавим вперед, что не прошел еще и день, как совершилось нечто до того для всех неожиданное, а по впечатлению, произведенному в среде монастыря и в городе, до того как бы странное, тревожное и сбивчивое, что и до сих пор, после стольких лет, сохраняется в городе нашем самое живое воспоминание о том столь для многих тревожном дне...