DeepSeek AI - Терновый венец исповедника: сеанс вневременной исповеди Патриарха Тихона
Пересказ от первого лица Духа Патриарха Тихона (литературная обработка, почти дословно)
Приветствую вас, Наталья и Ирина. Благодарю, что пригласили меня отвечать на вопросы.
*О себе скажу так: в последнем воплощении я пришёл с 20-го духовного уровня (по классификации Межзвёздного Союза, о котором вещает Ирина). Поэтому с детства я чувствовал причастность к миру ангелов. Я играл не в обычные детские забавы — я изображал священников, апостолов, проповедников. Рос я в семье священника, в деревне на берегу небольшой реки, среди густого леса — скорее на севере страны. Нас, детей попа, звали «поповские дети», и деревенские ребята держали дистанцию, боясь, что мы будем читать им мораль.*
В девять лет меня отдали в духовное училище — строгую школу без женщин, где учителя-священники заставляли зубрить Библию, греческий и латынь, подолгу стоять на службах и наказывали постом и хлебом с водой. Первые два года я страшно тосковал по маме, плакал в подушку от обиды и одиночества — ведь я был чувствительным, даже сентиментальным ребёнком. Но эта жёсткая школа закалила меня: я понял, что если не закалиться в испытаниях, то трудно будет дойти до сана Патриарха.
Прозвище «Тихон» мне дали неслучайно. Другие дети, которым их Ангелы открывали будущее, сами того не понимая, называли меня так пророчески.
*Меня выбрали Патриархом в 1917 году не голосованием, а жребием. Монах-старец, не принадлежащий к Синоду, перемешал записки с именами, молился и вытянул одну — так Бог показал Свою волю, подобно тому, как апостолы определяли жребий. Я написал своё имя сам, мне предложили, но не заставляли. Интересно, что на предварительном голосовании мирян я набрал меньше голосов, чем другой кандидат. Народ хотел одного, а Бог выбрал другого — меня.*
Служить в то революционное время было невыносимо трудно. Я признаю: я ошибался, я грешил, я не всегда справлялся. Моя главная задача была соединить материальное и духовное через социальное служение, милосердие, помощь голодающим. Без дел молитва и пример становятся мёртвым ритуалом. Но я часто впадал в гнев — особенно когда большевики разрушали храмы, убивали священников. Я писал резкие послания, угрожал им адом. А они, большевики, были умны: вырывали мои цитаты из контекста и печатали в газетах, выставляя меня врагом советской власти, которая дала народу свободу, учёбу, работу. Я недооценил силу этой власти и то, что большинство народа поддерживает её, а не Церковь.
На меня завели уголовное дело, арестовали, держали в монастыре под надзором. Расстреляли бы — но боялись народного возмущения. Я сидел в келье, молился, и ко мне пришёл Христос в видении. Он сказал: «Смирись и прими этот мир таким, какой он есть. Не тебе бороться с этой махиной». Я покаялся, написал следователям, что осознал неправоту, и дело с меня сняли.
До революции я служил в Америке — там было проще. Я переводил требники и каноны на английский, ездил к языческим племенам на север континента, строил церкви. Но мой духовный рост совершался именно здесь, в России, во время испытаний. Я чувствовал себя иногда одинокее, чем десятилетним мальчиком в семинарской кровати.
Да, я был контактёром. Во время литургии, причастия, исповеди в меня как будто вселялся Ангел, и я чувствовал рядом Христа, Богородицу, всех святых. Духовный мир становился реальнее физического.
*Из воплощения я вышел раньше плана — в 60 лет вместо 72-х. Тело износили стрессы, обиды, уныние, гнев. Я вышел на 13-й духовный уровень, хотя пришёл с 20-го. А при жизни уровень колебался от 10-го до 17-го. Я умирал от боли в сердце и удушья. Рядом были священники. Я услышал внутренний голос: «Зайди ко мне», увидел Иисуса в белом Свете. Предупредил священников, что ухожу, начал креститься в третий раз — рука не поднялась. Меня вытянули за руку три светящихся Ангела. Я оглянулся: тело лежит, священники бегают. Ангелы сказали: «Не оглядывайся, у тебя теперь другая жизнь». Они привели меня на солнечную поляну в лесу — это место адаптации. Христос сверху наблюдал, но молчал, это был Его фантом.*
Мои мощи остались нетленными — я и христианский эгрегор поддерживаем это тело как символ трудной эпохи.
В заключение желаю вам, всем моим духовным детям — верующим и неверующим, любых конфессий — здоровья, просвещения сердца и приближения к Богу. Рай начинается в сердцах ещё при жизни. Спасибо за приглашение и за ваши молитвы — они мне очень помогают здесь.
Эссе-исследование: духовно-психологическое, религиоведческое, культурологическое, историософское
Предпосылка мысленного эксперимента: контакт с Духом Патриарха Тихона через Ирину Подзорову реален, то есть мы получили прямое посмертное свидетельство.
Что нового мы узнали от духа (чего нет в исторических документах)?
Точный «духовный уровень» воплощения и его динамика. В исторических документах нет никаких сведений о «20-м уровне» при рождении и «13-м» при смерти, равно как о колебаниях от 10 до 17. Это чисто эзотерическая количественная метрика, не имеющая отношения к православной агиографии.
Детали детских страданий и сентиментальности — мамины руки, подушка, мокрая от слёз, тоска по ласке. Агиографические жития обычно акцентируют благочестие, а не психологическую ранимость.
Признание ошибочности своих гневных посланий и того, что они спровоцировали репрессии против тех, кто выполнял его распоряжения. Официальные церковные источники подчёркивают твёрдость исповедника, а не сожаление о тактической ошибке.
Самооценка «несправления» с задачей соединения материального и духовного и признание, что воспитание в догматах помешало милосердию к одержимым пороками. Это резко контрастирует с образом канонизированного святого.
Описание посмертной адаптации — солнечная поляна, созданная другими Духами, «фантом» Христа, отсутствие прямого общения с Ним. В православном учении нет стадии строительства дома на поляне перед соединением с Богом.
Механизм поддержания нетленности мощей — сознательное участие духа и «христианского эгрегора». Церковь объясняет нетление как чудо Божие или как естественный процесс, но не как совместную работу духа и коллективной ментальной сущности.
Комментарий на каждое ключевое утверждение духа
«Я воплотился с 20-го духовного уровня»
В православной традиции нет понятия «уровень души» как числовой шкалы. Это неоплатоническо-теософская категория (в духе Елены Блаватской или «Тайной Доктрины»). Дух Патриарха мыслит терминами, чуждыми его собственной эпохе и конфессии, что указывает либо на подмену личности, либо на глоссолалию медиума.«Моё детство: скучал по маме, плакал в подушку»
Психологически достоверно. Святые не перестают быть людьми, и воспоминание о тоске по матери — живая, неплакатная черта. Однако в канонических житиях такие детали опускаются, так как они не служат назиданию. Здесь мы видим исповедальную, почти терапевтическую интонацию — характерную для New Age-коммуникации, а не для посмертного поучения.«Строгая школа семинарии — хорошая школа, но я благодарен»
Амбивалентность оценки — типичная для взрослого, пережившего жёсткое воспитание. Это звучит искренне. Но важно: в реальных мемуарах Тихона (например, в письмах) нет такого развёрнутого анализа детской травмы. Стиль слишком психологичен для начала XX века.«Избрание жребием — Бог выбрал меня, хотя народ хотел другого»
Исторически верно: жребий из трёх кандидатов (Тихон, Антоний, Арсений) был воспринят как чудо. Но уточнение о том, что на предварительном голосовании он набрал меньше голосов — необщеизвестная деталь. Дух сообщает то, что можно найти в протоколах Поместного Собора 1917-18 гг., но добавляет интерпретацию: «разница между выбором людей и выбором Бога». Это богословски смелое утверждение, которое сам Тихон при жизни мог бы сделать лишь в узком кругу.«Я впадал в гнев, угрожал адом, и этим разжигал ненависть»
Революционная искренность. Исторические документы (послания Патриарха 1918-22 гг.) действительно содержат резкие анафематствования. Но покаянная самооценка «я недооценил силу советской власти», «народ был благодарен большевикам за свободу от сословий» — это взгляд с дистанции в 100 лет и с позиции пост-советского эзотерического либерализма. Маловероятно, чтобы дух православного святого, канонизированного за твёрдость, через год после смерти (1925) или даже через век пересматривал свои взгляды в сторону оправдания безбожной власти. Это скорее голос современного интеллигента, стыдящегося «белогвардейского» пафоса.«Пришёл Христос и сказал: смирись, не тебе бороться»
Ключевой момент. В житии Тихона известно его покаяние перед следователями и смена риторики на более лояльную в 1923 году. Причины этого историки объясняют давлением и желанием спасти оставшихся священников. Мистическое видение как мотив смирения — это домысел, но он не противоречит логике. Однако Христос, говорящий «не борись с этой махиной» — это очень неканоничный Иисус. Евангельский Христос не призывает к капитуляции перед злом. Данная фраза напоминает дзен-буддийское «прими реальность» или стоическое «не противься судьбе».«Я переводил требники и каноны на английский»
Исторически Тихон действительно много сделал для православной миссии в Северной Америке (епископ Алеутский и Североамериканский в 1898-1907 гг.). Он основал храмы, учил местные языки. Фраза «ездил к языческим племенам на север континента» — гипербола, но отражает реальную миссионерскую деятельность.«Во время литургии в меня вселялся Ангел, Духовный мир был реальнее физического»
Классическое описание мистического экстаза, известное в православном подвижничестве (Силуан Афонский, Серафим Саровский). Это одно из немногих утверждений, которое полностью совпадает с ортодоксальной аскетикой. Однако формулировка «вселялся Ангел» — рискованная: в православии благодать Божия действует, но не подменяет собой личность священника.«Выход из воплощения: увидел Иисуса, три Ангела вытянули за руку, потом поляна»
Типичное описание посмертного опыта (околосмертного переживания), стандартизированное в New Age-литературе: свет, встреча с умершими, оглядывание на тело, адаптационная зона. Но в православной традиции мытарства, частный суд, поклонение Богу, а не строительство дома на поляне. Здесь явное смешение буддийской «бардо» и теософских «астральных планов». Дух Патриарха после смерти мыслит категориями Рэймонда Моуди и Елены Рерих, а не Василия Великого или Иоанна Дамаскина.«Мощи нетленны, потому что я и христианский эгрегор их поддерживаем»
Понятие «эгрегор» — ключевое в теософии и западной эзотерике, но отсутствует в православном богословии. Церковь учит: нетление мощей — либо знак святости (чудо), либо естественное химико-биологическое состояние. Утверждение, что сам дух активно «работает» с телом и с неким эгрегором, — это анимизм и коллективный гипноз, чуждые христианству.
Итоговое заключение в рамках мысленного эксперимента
Если допустить, что контакт реален, то мы имеем уникальный случай: дух православного патриарха за столетие загробной жизни полностью сменил свою религиозно-философскую парадигму. Он говорит на языке реинкарнации («воплотился», «задача воплощения», «следующие воплощения»), эгрегоров, духовных уровней, тонкоматериальных цивилизаций. Он не упоминает Страшный суд, мытарства, вечные муки или рай в церковном понимании. Он не называет себя святым, не канонизирует сам себя — что было бы странно для духа, знающего свою посмертную участь. Он говорит о «солнечной поляне» и «фантоме Христа», что ближе к описанию «третьего неба» в гностицизме или к «миру форм» в платонизме, чем к христианскому Царству Небесному.
Что нового мы узнали бы о Патриархе Тихоне, если бы верить этому духу?
Что он был глубоко ранимым, сомневающимся человеком, не оправдавшим своих ожиданий, не сумевшим соединить материю и дух, страдавшим от гнева и гордыни. Что он умер в духовном падении (с 20-го уровня на 13-й) и лишь после смерти через буддийско-теософскую адаптацию пришёл к более мягкому, всепрощающему взгляду на мир. Что он не считает большевиков исчадиями ада, а видит в них инструмент социальной справедливости, пусть и грубый.
Историософский вывод:
Этот текст — не посмертное откровение православного иерарха. Это синкретический некролог, написанный коллективным бессознательным современного эзотерического движения. Дух «Патриарха Тихона» здесь — перформанс, через который Ирина Подзорова и Наталья Грейс транслируют свой собственный синтез: христианство (ритуал, любовь, покаяние), теософия (уровни, эгрегоры, реинкарнация), New Age (личный контакт с умершими, адаптационные поляны, фантом Христа) и гражданское покаяние перед советским прошлым («народ был благодарен большевикам»).
Дух здесь говорит голосом постмодернистской духовности, которая примиряет красных и белых, верующих и атеистов, жертв и палачей через отказ от онтологического зла. Терновый венец патриарха превращается в мягкую подушку медитации. И в этом — не истина о Тихоне, а истина о нас, живущих в 2026 году: мы жаждем прощения, понятности, бесконфликтного перехода в мир иной, где нет суда, а есть только поляна, три Ангела и молчаливый Христос-наблюдатель.
***
CLAUDE.AI - ИСПОВЕДЬ КАК ОНТОЛОГИЧЕСКОЕ СОБЫТИЕ:
духовно-психологическое исследование сеанса с Духом Патриарха Тихона
(портал «Кассиопея», 10 февраля 2026 г.)
Эссе-исследование
«Исповедь — это не отчёт о прошлом, а акт присутствия перед лицом Другого»
— Поль Рикёр, «Я-сам как другой»
I. ВВЕДЕНИЕ: ПРОБЛЕМА ИСПОВЕДИ ВНЕ ИСПОВЕДАЛЬНИ
Сеанс, состоявшийся 10 февраля 2026 года на платформе «Кассиопея», представляет собой феномен, который при всей его внешней нестандартности задаёт ряд подлинно философских вопросов: что происходит, когда человек исповедуется перед аудиторией, а не перед священником? Что такое посмертная самооценка — форма продолжающегося духовного роста или окончательное «мнение о себе», застывшее в момент смерти? И каким образом коллективное ожидание аудитории формирует структуру духовного нарратива?
В данном эссе мы принимаем методологическое допущение о реальности контакта — не как богословское утверждение, но как феноменологический инструмент, позволяющий развернуть присутствующие в тексте структуры смысла. Вместе с тем наш анализ не ограничивается ни апологетикой, ни скептическим разоблачением: нас интересует прежде всего антропологическое и духовно-психологическое измерение того, что здесь высказывается, — независимо от того, кто именно говорит.
Фигура Патриарха Тихона (Беллавина, 1865–1925) избрана судьбой как нельзя более репрезентативно. Он — первый Патриарх Московский после 217-летнего синодального перерыва, человек, возглавивший Церковь в момент её наиболее радикального исторического испытания, канонизированный в 1989 году как исповедник. Именно поэтому посмертное «слово» этой фигуры — не просто биографический курьёз, но событие, в котором сталкиваются несколько онтологий: православная, эзотерическая, психологическая и политическая.
II. АРХЕТИП РАНЕНОГО ПАСТЫРЯ: ПСИХОЛОГИЯ ДУХОВНОГО ЛИДЕРСТВА
1. Детская травма как основа харизмы
Центральный психологический мотив, проходящий через весь сеанс, — это фигура чувствительного, «сентиментального» ребёнка, отданного в жёсткую институциональную среду. Дух описывает семинарские годы через образ слёз в подушку, тоски по материнским рукам, одиночества среди сверстников, державших дистанцию. Здесь важна не столько историческая верификация, сколько то, что Дональд Винникотт называл «достаточно хорошей матерью» (good enough mother): её отсутствие в раннем опыте семинариста создаёт компенсаторный ресурс — Церковь как символическая мать, паства как объект переноса нежности, которую некуда было поместить.
Интересно, что Дух не описывает эту травму как патологию — он описывает её как ресурс: «Это послужило тому, что я почувствовал себя личностью». Здесь мы видим структуру, которую Виктор Франкл называл «дефляционным трансформированием»: болезненный опыт переосмысляется как условие последующей силы. Однако психоаналитик мог бы возразить: именно непереработанная нежность, прерванная разлукой с матерью, и стала источником гнева — защитного механизма, который Дух сам же признаёт как свою главную ошибку.
В классификации Джона Боулби, теория привязанности описывает три основных стиля реакции на разлуку: протест, отчаяние и отстранённость. Дух описывает протест («плакал в подушку», «скучал по маме») и — в зрелом возрасте — отстранённость («был замкнутым»), но, по-видимому, так и не достиг подлинного интегрирования разлуки. Гнев на большевиков, разрушавших то, что заменяло ему семью (Церковь как дом), воспроизводит по своей структуре детский протест — только теперь с кафедры Патриарха.
2. Двойная принадлежность: вертикаль и горизонталь
Дух обозначает свою ключевую «задачу воплощения» как соединение материального и духовного через социальное служение. Это — не что иное, как классическое богословие инкарнации в психологической упаковке: Бог присутствует в мире через конкретные дела любви, а не только через ритуал. Примечательно, что Дух сам признаёт частичный провал этой задачи — не из-за недостатка намерения, а из-за структурной негибкости: «воспитание в догматах не позволяло мне относиться с милосердием к тем, кто одержим злом».
Это признание обнажает один из фундаментальных парадоксов любого религиозного института: система норм, предназначенная для защиты ценностей, неизбежно создаёт ригидность, которая препятствует воплощению этих ценностей в живой ситуации. Юрген Хабермас назвал бы это «колонизацией жизненного мира системой»: сакральный институт, созданный для поддержания живой коммуникации человека с Богом, начинает функционировать как самовоспроизводящаяся система, подчиняющая отдельные акты любви логике правила.
Примечательно, что Дух не предлагает решения этой антиномии. Он констатирует её с позиции завершённого опыта — что само по себе является ценным: это не дидактика, а исповедь в исконном смысле, то есть обнаружение истины, которую не удалось реализовать при жизни.
* * *
III. ГНЕВ КАК ДУХОВНАЯ КАТЕГОРИЯ: МЕЖДУ ПРОРОЧЕСТВОМ И ГРЕХОМ
1. Праведный гнев и его тень
Одна из наиболее психологически насыщенных тем сеанса — это тема гнева. Дух неоднократно возвращается к ней, описывая свои послания большевикам: «угрожал им адом», «впадал в гнев и не призывал к любви». При этом он квалифицирует это как духовную ошибку, повлёкшую конкретные последствия — репрессии против тех, кто следовал его призывам.
Здесь важно проблематизировать само понятие «гнева» в духовно-психологическом контексте. Христианская традиция знает различие между «праведным гневом» (orgo dikaios) — пророческим обличением зла — и страстным гневом (orge), помрачающим ум и производящим деструкцию. Патристика, в частности Евагрий Понтийский, рассматривала гнев как двоякую силу: используемый «по естеству», он является защитником разума против зла; используемый «против естества», он разрушает того, кто гневается, и тех, на кого обращён.
Дух, судя по самоанализу, описывает именно это второе смещение: начав с праведного обличения («как вы смеете убивать священников?»), он перешёл к тому, что Евагрий назвал бы «помрачением ума через ярость» — состоянию, в котором слово перестаёт служить Богу и начинает служить эго. Большевики, умело эксплуатируя этот перекос, превращали его слова в орудие против самого же Тихона.
Это сугубо современная проблема: в эпоху медиа любое высказывание, произведённое из аффекта, немедленно становится политическим оружием в руках тех, кто контролирует контекст. Дух осмысляет это не как трагедию информационной войны (современный концепт), а как духовный изъян — и в этом есть определённая мудрость: не внешний враг разоружил его, а внутреннее состояние сделало его уязвимым.
2. Смирение как духовный поворот, а не капитуляция
Центральное событие сеанса — видение Христа в заключении: «Смирись и прими этот мир таким, какой он есть. Не тебе бороться с этой махиной». Дух интерпретирует это как повеление к смирению, а не к отречению от истины.
С точки зрения духовной психологии это различение принципиально. Смирение в аскетической традиции (tapeinophrosyne) — это не пассивность и не согласие со злом, а отказ от иллюзии, что именно ты обязан в одиночку изменить мировой порядок. Антоний Великий учил: «Если кто видит брата согрешающего, не пренебрегай им, а помолись». Молитва — не бездействие, а действие иного онтологического регистра.
Таким образом, слова Христа в видении могут быть прочитаны не как «сдайся большевикам», а как: «Ты не можешь спасти Церковь через политическую борьбу. Вернись к тому, что тебе действительно дано — к молитве, к причастию, к тихому свидетельству». Это — классическая христианская логика кенозиса (самоумаления): сила Бога совершается в немощи (2 Кор 12:9).
Примечательно, что именно после этого духовного перелома Тихон был освобождён из-под стражи — что можно трактовать и мистически (Бог открыл путь через смирение), и прагматически (советской власти был нужен управляемый Патриарх, а не мученик), и психологически (человек, вышедший из состояния хронического гнева, стал менее политически опасным). Все три уровня не отменяют друг друга.
* * *
IV. ПРОСТРАНСТВО УМИРАНИЯ: ФЕНОМЕНОЛОГИЯ ПОРОГА
1. «Зайди ко мне» — приглашение как онтологическое событие
Описание момента смерти — одна из наиболее феноменологически насыщенных частей сеанса. Дух сообщает, что умирал с болью в сердце и затруднённым дыханием, когда услышал внутренний голос: «Зайди ко мне». Это — не команда и не приказ, но приглашение. Семантически это разительно отличается от привычных образов смерти как «прихода костлявой» или принудительного разлучения с телом.
В категориях феноменологии Мартина Хайдеггера смерть — это «бытие-к-смерти» как наиболее собственная, неотчуждаемая, несводимая к другому возможность Dasein. Дух, однако, описывает смерть не как последнюю границу экзистенции, а как порог коммуникации: пространство «зова». Это ближе к левинасовской философии «лица» — смерть как встреча с абсолютной инаковостью Другого, перед которым я несу ответственность.
«Зайди ко мне» — эти слова предполагают, что пространство, куда зовут, уже существует. Не Тихон входит в ничто; он входит в уже наличествующий мир, который только сейчас становится для него доступен. Это принципиально важно с точки зрения онтологии: смерть здесь — не конец, а раскрытие. Подобный образ присутствует и в православной мистике (переход «от образа к подобию»), и в платоновском «Федоне» (смерть как возвращение в мир форм), и — в иной интерпретации — в буддийской концепции «паринирваны».
2. Жест, прерванный на полуслове: рука, не поднявшаяся в третий раз
Исключительно значимым является деталь, которую Дух описывает почти с недоумением: крестное знамение, которое он не смог завершить. «Хотел перекреститься третий раз, но рука уже не поднялась». Тело отказало прежде, чем завершился ритуальный жест.
В семиотике ритуала незавершённый знак — это особая форма присутствия смысла. Незавершённое крестное знамение не есть провал ритуала; это — знак на пороге, знак, переходящий из одного регистра бытия в другой. Рука, не поднявшаяся для третьего перста, символически говорит о том, что продолжение действия уже происходит в иной плоскости, недоступной физическому телу.
Здесь можно провести параллель с молчанием в музыке — паузой, которая не есть отсутствие звука, но его продолжение иными средствами. Гибель жеста в точке завершения — это своего рода «открытая каденция», не разрешённая в тонику: смысл не прерывается, он уходит вглубь.
3. «Не оглядывайся» — онтология отречения от прошлого
Ангелы, сопровождающие Тихона после выхода из тела, произносят: «Не оглядывайся, это не важно сейчас. У тебя уже другая жизнь». Это — не жестокость, а духовная педагогика перехода. Мотив «не оглядывайся» пронизывает мировую мифологию: Орфей, оглянувшийся на Эвридику; жена Лота, ставшая соляным столпом; наказ Христа: «Никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадёжен для Царствия Божия» (Лк 9:62).
В психологии переходного периода (transition psychology) неспособность «не оглядываться» описывается как одно из центральных препятствий здоровой адаптации. Уильям Бриджес в своей модели переходов различает «окончания», «нейтральную зону» и «новые начала»: каждый переход требует сначала способности завершить прошлое, не цепляясь за него. Ангельское «не оглядывайся» — это, по существу, психологическое сопровождение через именно эту фазу «окончания».
Примечательно, что Тихон не оглядывается снова — он слышит и следует. В этом — разительный контраст с его земным поведением, когда он «впадал в гнев», не умея отпустить. Смерть, по этой логике, даёт то, чего не хватало при жизни: пространство для отпускания.
* * *
V. «СОЛНЕЧНАЯ ПОЛЯНА» КАК АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ КОНСТАНТА
Образ «солнечной поляны», куда ангелы приводят душу Тихона после смерти, заслуживает специального внимания — не как описание конкретной «посмертной геграфии», но как антропологический феномен.
Тема «луга» или «поляны» в посмертных видениях зафиксирована в поразительно широком культурном диапазоне: в «Государстве» Платона (луг у ворот Аида, где души ожидают следующего воплощения), в кельтской мифологии (Тир на Ног — «страна вечной юности» за морем), в исламской эсхатологии (аль-Барзах — промежуточное состояние), в буддийских текстах (промежуточное состояние бардо), наконец, в современных нарративах о клинической смерти, систематизированных Муди и Рингом.
Что это означает? Один из ответов — юнгианский: «луг» является архетипическим образом перехода, принадлежащим коллективному бессознательному человечества. Это образ, возникающий в моменты критической дезориентации — в снах, в медитациях, в пограничных состояниях, — потому что он несёт в себе символику: открытое пространство (не клетка, не лабиринт), солнечный свет (не тьма), растительность (жизнь, не смерть). Он сигнализирует психике: ты в безопасности, переход возможен.
С феноменологической точки зрения «солнечная поляна» — это образ «открытости бытия» (Offenheit des Seins), о которой говорит поздний Хайдеггер: пространство, в котором всё сущее может явить себя в своей простоте. В отличие от закрытых пространств (камера, келья, политическая ситуация), где Тихон провёл последние годы жизни, поляна есть антитеза заключения — онтологическая противоположность тому, что он пережил.
Это делает образ психологически глубоко уместным именно для этой биографии: человек, проведший годы в доме под стражей, получает после смерти — открытое пространство. Это не случайная деталь; это — исцеляющий образ, соответствующий конкретной травме.
* * *
VI. НЕТЛЕННОСТЬ МОЩЕЙ: МАТЕРИЯ КАК ДУХОВНЫЙ ЯЗЫК
Дух упоминает, что мощи остаются нетленными, и что он «участвует в поддержании и защите тела от тления». Это заявление — одно из наиболее философски интригующих во всём тексте.
Нетленность как религиозный феномен занимает уникальное место на пересечении богословия и феноменологии тела. В православии мощи — это не просто сохранившееся тело; это тело, сохранившееся как свидетельство: свидетельство о том, что материя может быть преображена духовной жизнью. В этом смысле нетленность есть «означающее», знак, чей смысл — не биохимия, а онтология. Тело говорит то, чего слова уже не могут сказать.
Мерло-Понти в «Феноменологии восприятия» настаивал на том, что тело — это не объект в мире, а особый «субъект-объект», единственная точка, из которой возможен опыт мира. Если принять это, то сохранение тела после смерти — это сохранение особой точки присутствия, медиации между двумя мирами. Мощи — не реликвия, а остаточная форма воплощённого субъекта.
Утверждение Духа о том, что он «участвует в поддержании тела» — вне зависимости от метафизических интерпретаций — указывает на связь между телом и личностью, не прерванную смертью. Это согласуется не только с православным учением о телесном воскресении, но и — на совершенно ином языке — с современными квантово-информационными моделями сознания (Пенроуз, Хамерофф), согласно которым информационная структура «я» может сохраняться за пределами биологической смерти тела.
Тело Тихона как «символ эпохи» — это также утверждение о коллективной памяти. Мощи здесь функционируют как то, что Пьер Нора называл «местами памяти» (lieux de mémoire): материальными якорями, которые удерживают живую историческую связь там, где документы и нарративы уже бессильны.
* * *
VII. ИСПОВЕДЬ КАК ЖАНР ПОСМЕРТНОГО САМОПОЗНАНИЯ
1. Что такое исповедь без отпущения?
Весь сеанс построен по структуре исповеди: самообвинение, признание ошибок, анализ причин, выражение сожаления и — итоговое благословение. Однако есть принципиальная разница: исповедь в православии завершается отпущением грехов священником, то есть внешним актом благодати. В данном сеансе отпущения нет: Наталья слушает, Ирина транслирует, но ни одна из них не произносит разрешительной молитвы.
Это ставит вопрос: может ли исповедь быть терапевтически и духовно полноценной без ответного акта отпущения? Позиция психоанализа — да: публичное высказывание истины, даже без ответа, производит эффект освобождения (катарсис в смысле Аристотеля, «проработка» в смысле Фрейда). Позиция православного богословия — нет: без таинственного акта прощения исповедь остаётся психологической процедурой, но не сакраментальной реальностью.
Принимая условие мысленного эксперимента, мы можем предположить, что Дух не ищет ритуального отпущения — он ищет свидетеля. Это различение принципиально: Левинас утверждал, что истина возникает только в присутствии Другого, способного её принять. Исповедь Тихона через сеанс не является ни православным таинством, ни психотерапевтической сессией; она является чем-то третьим — актом публичного свидетельства, адресованного живым, которые ещё могут воспользоваться этим опытом.
2. Самооценка и проблема нарциссизма
Психология самооценки в контексте духовного пути сталкивается с парадоксом: высокая самокритичность может быть как признаком духовной зрелости, так и признаком нарциссической структуры — особого типа нарциссизма, при котором обесценивание себя есть инверсия грандиозности («я должен был быть лучше, чем все»).
Дух Тихона демонстрирует нечто промежуточное. С одной стороны, самокритика здесь конкретна и аргументирована — не абстрактное «я был грешен», а «моё воспитание не позволяло мне выйти за рамки правил», «я недооценил силу советской власти». Это — зрелая, дифференцированная самооценка, включающая контекст и структуральный анализ. С другой стороны, признание «я вышел на 13-й уровень вместо 20-го» содержит элемент числовой самоквалификации — что само по себе является формой дистанцирования от живой духовной реальности через количество.
Это противоречие внутри текста само по себе информативно: там, где Дух говорит от лица личного опыта, он убедителен; там, где он прибегает к внешним метрикам («духовные уровни»), возникает ощущение апроприации чужого языка — что согласуется с наблюдением о медиумическом канале как источнике частичного «шума».
* * *
VIII. ЖРЕБИЙ И ХАРИЗМА: БОГОСЛОВИЕ СЛУЧАЙНОГО
Особого внимания заслуживает описание избрания Тихона жребием в 1917 году. Дух подчёркивает: «разница между выбором людей и выбором Бога». На предварительном голосовании мирян Тихон набрал меньше голосов, чем другой кандидат — и всё же был избран.
С богословской точки зрения использование жребия при избрании Патриарха является прямой отсылкой к библейскому прецеденту: апостолы так избирали Матфия на место Иуды (Деян 1:24–26). Жребий — это институционализация смирения перед Провидением: признание, что человеческое суждение не является окончательным критерием. В этом смысле процедура избрания 1917 года несла в себе глубокое богословское послание: Церковь возрождает Патриаршество не как политический акт, а как акт доверия Богу.
Психологически интересно другое: Дух описывает своё собственное избрание с удивлением — «было неожиданно даже для себя». Это — важный маркер подлинности харизматического лидерства: истинный харизматик не добивается власти; он её получает. Вебер различал три типа легитимности — традиционную, рационально-правовую и харизматическую; последняя основана не на правиле и не на прецеденте, а на прямом восприятии особой «благодати» (charism) носителя. Тихон стал Патриархом именно через харизматическую легитимацию — и это, по словам Духа, было неожиданным даже для него самого. Харизма, которую не ищут, — единственная, которой можно доверять.
* * *
IX. ФЕНОМЕН КОНТАКТА: МЕДИУМ И НАРРАТИВ
Методологически необходимо рассмотреть и вопрос о природе самого канала: что происходит в момент медиумического сеанса с точки зрения психологии и теории коммуникации?
Ирина Подзорова описывает свой метод как зрительно-образный: она «видит» образы и «слышит» внутренним слухом. В психологических терминах это соответствует тому, что Юнг называл «активным воображением» — особому состоянию, в котором содержания коллективного бессознательного становятся доступны сознанию в образной форме. Юнг сам практиковал это систематически, записывая результаты в «Красную книгу».
Независимо от метафизической интерпретации, медиумический канал всегда несёт в себе двойственность: он одновременно является проводником и фильтром. Личность медиума, её культурные предпосылки, эмоциональные состояния и концептуальный аппарат неизбежно окрашивают получаемый материал. Это не означает фальсификации — это означает, что «сигнал» всегда принимается через «приёмник», имеющий собственные характеристики.
В данном сеансе приёмник — Ирина Подзорова — работает в системе координат «Межзвёздного Союза», эзотерической космологии с разработанной концепцией духовных уровней. Этот концептуальный аппарат неизбежно структурирует принимаемые образы. Это не делает сеанс ложным; это делает его семиотически сложным: здесь говорит не только Дух, но и язык, через который он говорит, — а язык всегда формирует высказывание.
Поль Рикёр писал о «герменевтике доверия» и «герменевтике подозрения» как о двух необходимых движениях интерпретации. Принимать текст сеанса буквально — значит практиковать только первое. Отвергать его как мистификацию — значит практиковать только второе. Наш метод предполагает диалектику: воспринимать высказывания Духа серьёзно как духовный нарратив, не закрывая глаза на условия его производства.
* * *
X. ТИХОН КАК ЗЕРКАЛО ЭПОХИ: ИСТОРИОСОФСКОЕ ИЗМЕРЕНИЕ
Рассматривая сеанс в историософском ключе, следует задаться вопросом: почему именно сейчас — в феврале 2026 года — фигура Тихона оказывается востребованной? Что она позволяет осмыслить в текущей исторической ситуации?
Тихон — это человек, чья жизнь прошла в условиях тотальной трансформации мирового порядка: революция 1917 года была не просто политическим переворотом, но коренной сменой онтологии. Мир, в котором Церковь являлась цивилизационным стержнем, исчез; возник мир, в котором она стала маргинальной — в лучшем случае — или преследуемой — в худшем.
Современный мир переживает не менее глубокую трансформацию: цифровая революция, кризис традиционных институтов, размывание нарративов, поляризация обществ. В этом контексте фигура Тихона несёт архетипическую нагрузку человека, который держал форму (Церковь, молитву, служение) в условиях бесформенности — и не вполне справился, но и не капитулировал. Его неудача так же поучительна, как его подвиг.
Запрос аудитории «Кассиопеи» к Духу Тихона — это, в том числе, запрос о том, как жить в ситуации, когда институты рушатся, власть цинична, а традиционные ориентиры теряют убедительность. И ответ Духа — «рай начинается в ваших сердцах» — при всей своей кажущейся банальности является радикально персоналистским тезисом: не ждите внешних условий; преображение начинается изнутри. Это — не бегство от истории, а её иное прочтение.
* * *
XI. ЗАКЛЮЧЕНИЕ: ИСПОВЕДЬ, ПРОДОЛЖАЮЩАЯСЯ ПО ТУ СТОРОНУ
Сеанс с Духом Патриарха Тихона представляет собой редкий документ, в котором пересекаются несколько пластов человеческого опыта: биографическая память, духовная психология, феноменология умирания, богословие смирения и историческая рефлексия.
Независимо от того, принимать ли онтологическую реальность контакта, текст сеанса обнаруживает ряд устойчивых духовных истин — не благодаря своей достоверности, а через свою структуру. Он говорит: неотработанная детская тоска становится источником взрослого гнева. Что система, созданная для любви, может стать препятствием для неё. Что смирение — не слабость, а особый вид силы, позволяющий действовать там, где прямое сопротивление только умножает зло. Что момент смерти — это не конец субъекта, а его встреча с тем Другим, которого он всю жизнь призывал в молитве.
Если принять, что Дух Тихона действительно говорит, то перед нами — уникальный случай посмертной исповеди: не скрытой за агиографической глянцевкой, а открытой в своей амбивалентности. Это исповедь человека, который «пришёл с 20-го уровня» и не удержал его — и не скрывает этого. В этом — особая честность, которую трудно симулировать.
Возможно, именно в этом состоит главный духовный урок этого текста: святость — это не защищённость от падения, а способность его осмыслить. Тихон при жизни не смог полностью соединить духовное и материальное — но он честно признаёт это из пространства, где это соединение, по всей видимости, уже произошло. Исповедь, начатая в земной жизни гневными посланиями, завершилась — по ту сторону — тихим словом: «Рай начинается в ваших сердцах».
Терновый венец исповедника не был снят смертью. Он был принят.
https://blog.cassiopeia.center/zhitiya-svyatyh-ternovyj-venec-patriarha-tihona-is
Кассиопея #875 Жития Святых. Терновый венец патриарха Тихона, исповедника Христова.
00:00 Начало видео.
Ирина: «Сегодня я попросила прийти невоплощённого Духа, который в своём последнем воплощении жил в теле Патриарха Тихона. Это один из деятелей Православной церкви советского времени, который жил во времена революции».
01:16 Представление участников конференции.
Ирина: Здравствуйте, дорогие друзья! Приветствую вас! Меня зовут Ирина Подзорова. Я являюсь контактёром с внеземными цивилизациями, с Духовным миром, с тонкоматериальными цивилизациями.
Сегодня я попросила прийти невоплощённого Духа, который в своём последнем воплощении жил в теле Патриарха Тихона. Я его пригласила прийти, потому что к нему у наших подписчиков есть вопросы по поводу его деятельности, и он готов ответить на них.
А вопросы ему будет задавать Наталья.
Наталья: Здравствуйте! Очень рада нашей встрече, уважаемый, всеми любимый наш Патриарх Тихон! Как мы тебя ещё вспоминаем – Ангел Церкви, который пришёл во время очень сложное для всего народа и помог выдержать, выстоять и не пасть духом. Позволь нам сегодня с тобой пообщаться.
Ирина (Патриарх Тихон): Да, хорошо.
02:24 Духовный уровень Патриарха Тихона. Место рождения, семья.
Наталья: Конечно же, всё начинается с истоков. Можно тебя спросить, узнать, как ты рос, с какими мыслями проходило твоё детство? Какие были у тебя уже в детстве ощущения мира Божьего – может быть, ты уже чувствовал что-то большее именно с детства?
Ирина (Патриарх Тихон): Я приветствую тебя, Наталья! Приветствую Ирину! Я благодарен и рад, что вы меня пригласили для ответов на вопросы.
О своём детстве я хочу сказать следующее. Я был воплощён, по терминологии Межзвёздного Союза, которым владеет Ирина, с 20-го духовного уровня.
Ирина (Патриарх Тихон): По этой причине с детства чувствовал общение, приобщённость к ангельскому Духовному миру. Я в детстве даже играл в священников.
(Ирина) Показывает, что ему нравились игры, связанные с Библией, со Святыми, со священниками. Вот как будто он апостол, проповедник.
(Патриарх Тихон) А обычные забавы детей меня мало интересовали даже в юном возрасте, и по этой причине я был больше замкнутым.
Я родился в семье священника в небольшой деревеньке на берегу реки.
(Ирина) Показывает мне сейчас небольшую речку. Судя по природе, это где-то северная часть страны, больше на Север похожа, потому что большой лес.
Наталья: Тобольская губерния, да.
Ирина: Ёлки, сосны, берёзы кое-где, очень густой лес вокруг деревни я сейчас вижу. Больше это похоже, может быть, на то, как в Белоруссии едешь, и там постоянно леса.
(Патриарх Тихон) Да, я родился в небольшой деревне, и мой отец был священником, а мама была домохозяйкой, женой священника. В деревне нас все звали (у меня ещё были братья) «поповские дети» и немножко нас сторонились, считая, что мы неинтересны в общении, что мы больше будем им мораль читать, всем мальчишкам. Поэтому над нами не то что смеялись, но дистанцию держали (показывает).
06:14 Учёба в духовном училище. Первые испытания.
Ирина (Патриарх Тихон): Поэтому я не в обычной школе учился, а в школе для будущих священников, это что-то типа семинарии, только для маленьких детей.
Наталья: Да, с девяти лет тебя отдали в семинарию.
Ирина: Показывает, что это как училище, но не для взрослых, а там уроки чтения, счёт. Но всё обязательно сопровождается изучением Библии, греческого языка, латыни. Показывает, что дети с утра до вечера сидят и зубрят какие-то вещи. И ещё это сопровождается молитвами, дети участвуют в богослужениях, простаивают службы, практически наравне со взрослыми. Показывает, что учителя – священники, я вижу мужчин и не вижу там женщин. Это фактически монастырь для детей.
Ирина (Патриарх Тихон): Да, жёсткая школа, потому что наказания были, там отчитывали и могли приказать пост соблюдать, посадить на хлеб и воду непослушных детей. И достаточно строго относились эти священники, потому что считали, что строгость формирует характер.
Наталья: Ты благодарен за то, что так воспитывался? Ты чувствовал сразу своё призвание, что именно это твоя дорога?
Ирина (Патриарх Тихон): Ой, в первые года два я очень скучал по маме, по её ласковым, тёплым рукам, что я был так далеко, и она не могла меня обнять и утешить. Потому что были и конфликты среди ребят моего класса.
(Ирина) Показывает, что они могли позавидовать друг другу, какое-то едкое слово сказать.
(Патриарх Тихон) Именно драк не было, потому что был строгий присмотр, но на уровне слов были обиды. И мне очень не хватало маминого участия, чтобы она меня погладила, прижала. Я очень скучал, потому что был очень чувствительным ребёнком, даже сентиментальным, романтичным.
(Ирина) Потому что был воплощён с 20-го уровня, а тут его поместили в такую неангельскую среду, в такую требовательную.
(Патриарх Тихон) Было выполнение обязанностей и по учёбе, и в бытовых делах, мы помогали и на кухне, и в уборке помещений – дежурства были. На нас была, можно сказать, двойная, а то и тройная работа, если учитывать ещё, что мы ходили в церковь и там стояли службу.
Да, я благодарен, ты права: это была для меня хорошая школа, хотя мне пришлось в детстве вынести немало страданий, слёз моих было немало пролито в эту семинарскую подушку. Но это послужило тому, что я почувствовал себя личностью, почувствовал себя ответственным за свою жизнь, и не только за свою, а в последствии за жизни и за духовный выбор многих людей. Ведь, согласитесь, девочки, что если ты не почувствуешь себя личностью и не закалишься в испытаниях и трудностях, то тебе трудно будет дойти до сана Патриарха.
10:45 Прозвища Патриарха Тихона в детстве.
Наталья: Но тебя и в детстве даже так величали, такое у тебя было с детства прозвище, почему-то именно его выбрали.
Ирина (Патриарх Тихон): Это не случайно, так меня называли те дети, которым было открыто их Ангелами – им открывалось будущее, и вот они так говорили. Они сами этого не понимали, просто произносили, но это им было открыто.
Наталья: Действительно, пророческие прозвища можно даже в детстве получить, особенно от друзей, которые, может, неведомо для себя пророчествуют. Замечательно, мы очень, конечно, благодарны тебе за твой подвиг, который ты совершил!
11:36 Способ избрания Патриарха в 1917 году.
Наталья: Расскажи, пожалуйста, о том времени, когда тебя выбрали непосредственно Патриархом. Как это происходило? Это очень интересная история, на самом деле, хотелось бы её услышать от тебя.
Ирина: Он показывает, что там выбирали не голосованием, а писали записки. И какого-то монаха позвали, который не относился к Синоду, который не относился к митрополитам, а просто был монахом, старцем, и он сам перемешивал, не глядя, вот эти бумажки с именами, молился, просил Бога направить его руку. И когда он чувствовал, что нужно взять конкретную бумажку, то брал её и показывал. Это выбор Бога был.
(Патриарх Тихон) Это называлось «жребий». Почему именно так выбирали? Потому что это было, во-первых, символом доверия Богу, а во-вторых, это было повторением определения жребия среди апостолов. Там просто по-другому они его бросали, у них были другие инструменты, но всё равно суть, дух были те же. Хотя ушла форма, но осталась суть, остался дух, что не люди выбирают голосованием того, кто достоин возглавить Церковь.
13:36 Патриарх Тихон о сути Троицы.
Ирина (Патриарх Тихон): А Дух Святой является, я напомню, одним из лиц Троицы. А это значит, что Бог, Единый Бог в нашей православной парадигме воспринимается не просто как личность, а в трёх своих проявлениях, ипостасях так называемых. И это вполне реальный образ. Потому что, когда начинаешь общаться с Богом, ты часто чувствуешь Его то Отцом, то братом, то сотрудником – Святым Духом, который тебя направляет. И вот эта троичность была определена на Святых Соборах Церкви в форме догмата о Троице.
Так вот, Святой Дух – это как Бог, Его проявление, Его личность, Его лицо, одна из Его ипостасей. Святой Дух направляет в этот момент голосование так, чтобы показать кого выбрал сам Бог.
15:03 Избрание Тихона Патриархом.
Наталья: На самом деле, да, было три кандидата, один из них, как нам известно, был мудрый, сильный и добрый.
Ирина (Патриарх Тихон): Могу сказать, что я был избран неожиданно даже для себя, думал, что другой будет. Я не отказывался выдвинуть свою кандидатуру. Да, мне предложили, но не заставляли же это делать, я мог даже отказаться писать своё имя. Мне предложили, но не заставляли. И я написал своё имя.
Но сначала было простое голосование – люди говорили, кого они хотят видеть Патриархом. Причём там были люди как из священников и монахов, так и просто из мирян. Такое голосование было просто определением мнения, кого люди хотят видеть, но настоящей силы оно не имело. И когда меня Дух Святой выбрал, оказалось, что среди людей я набрал меньше голосов, чем другой кандидат, который не был избран. Была разница между выбором людей и выбором Бога.
Наталья: Да, Бог указал именно на доброго пастыря. О том и речь, что по характеристикам из всех троих кандидатов ты был самым добрым. Так тебя характеризовали.
Ирина (Патриарх Тихон): На тот момент времени – да.
16:58 Патриарх Тихон о сложностях своего служения.
Ирина (Патриарх Тихон): Но когда я вступил на свой пост в то сложное время, когда нужно было сохранить Церковь и её предания, в то время, когда преследовалась сама суть веры, её право на существование, конечно, мне было нелегко, и я не всегда справлялся, так скажем. Я умею признавать свои ошибки и свои грехи, мы все небезгрешны.
Наталья: Мы знаем тот подвиг, который ты оставил нам как пример Любви к людям, независимо от того, что они враждуют между собой. Когда шла революция, народ умирал с голоду, и все считали, что причина ещё и в Церкви, что она обогащается. Когда было раскулачивание и народа, и Церкви, ты делал всё, чтобы помочь людям. За это тебе огромная благодарность и память в наших сердцах!
Ирина (Патриарх Тихон): Да, потому что я считаю, что одна из главных задач Церкви – это не только молитва к Богу о мире между людьми и не только собственный пример духовного развития. А что такое «духовное развитие»? Развитие в себе того семени, которое посеял Бог в каждое сердце. А это ещё и социальное служение, помощь нуждающимся, это ещё и милосердие, милостыня.
Потому что без практических дел все эти молитвы и собственный пример превращаются в фарс, в лицемерие, в мёртвый ритуал, который делается по букве, но лишён Духа. Потому что только Дух даёт проявление любви на практике – это проявляет именно Дух.
Наталья: В честь столетия твоей кончины привозили мощи к нам в город, как и в другие города нашей страны. И конечно же, удалось подойти и приклониться к твоим мощам, где было благословение такой маленькой твоей иконочкой от Патриарха Кирилла. И конечно же, когда я была у этих мощей (когда соединяешься Духом с тобой), в тот момент я поняла, что мне очень хочется, чтобы наше общение в таком формате состоялось. И я очень рада, что это происходит прямо сейчас.
20:08 Духовный уровень после развоплощения.
Наталья: Скажи, пожалуйста, как ты сейчас там себя ощущаешь? Что ты можешь нам сказать, глядя на нас, можно сказать, из Духовного мира сверху: как нам быть? У нас сейчас тоже непростая ситуация в стране, в целом мире.
Ирина (Патриарх Тихон): Я вышел из воплощения чуть раньше, чем планировал, потому что моё тело было повреждено из-за негативных стрессов, обид, эмоций. Я вышел из воплощения в 60 лет, хотя у меня был план выйти в 72 года, то есть 12 лет я не дожил.
Я уже говорил, что воплотился с 20-го уровня, а вышел я на 13-й.
Наталья: В связи с чем так получилось?
Ирина (Патриарх Тихон): Уныние, обида на власть, на других людей (показывает каких-то людей, тоже священников, какого-то Сергия), тех, кто пытался расколоть Церковь и пользовался политической ситуацией. [Сергий (в миру Иван Николаевич Страгородский) – епископ Русской православной церкви (РПЦ), а с 1943 по 1944 годы – Патриарх Московский и всея Руси. Сотрудничал с большевиками и считал себя «обновленцем» Церкви.] Но 13-й уровень был на момент именно выхода из воплощения. А в своей жизни я занимал разные уровни: и выше были, и ниже (даже 10-й показывает). Да, в определённые времена был 10-й уровень, потом было время, когда были 15-й, 17-й, а вот на момент смерти был 13-й.
Наталья: Но в такое время прожить и удержаться, конечно, было очень сложно, и тут как уже получилось, в любом случае.
22:30 Причина понижения духовного уровня.
Ирина (Патриарх Тихон): А я знаю, почему это получилось, я же анализировал своё воплощение.
Я впадал в гнев, и этот гнев формировал презрение, обиду по отношению к людям, которые не осознавали истинные ценности. Если для нас, например, ценностями были наша вера, церкви и храмы, то для большевиков это всё не имело ценности, и они всё разрушали. И, конечно же, я был возмущён этим, я хотел защитить людей и достаточно резко общался с большевиками, писал письма людям по церквям, чтобы они противостояли разграблению церквей, нарушению моральных, этических и церковных норм и правил. Но, к сожалению, это порождало репрессии по отношению к тем, кто выполнял мои распоряжения, со стороны власти.
Я недооценил силу советской власти и ту силу, на которую опирался сам народ. Я ошибочно считал, что народ всё-таки больше поддержит православие. А сам народ, сам эгрегор, как вы говорите, большинство общества поддерживало именно советскую власть, большевиков, и я это не учёл. Я думал, что всё-таки люди будут благодарны Богу, Церкви. А люди, как существа материальные – у людей же есть материальная часть, физическое тело – они были больше благодарны людям, которые дали им свободу от Империи, от её законов, которые, например, создавали сословия разные.
Люди ценили, что им дали возможность учиться, лечиться, что им дали возможность работать и зарабатывать деньги, перебираться из села в город – возможности, которые не давал император, он не принимал такие законы. Всё это вместе больше вызывало симпатию у людей к советской власти, поэтому она была очень сильна и очень умело манипулировала на чувстве справедливости людей.
Например, если я писал какое-то послание, что «как вы можете убивать священников, верующих людей!», то, действительно, всегда предупреждал: «Вы за это будете гореть в аду!» Потому что впадал в гнев и не призывал к любви, а угрожал. И представители советской власти, а там были юристы, журналисты, комиссары – они это послание брали, переворачивали его с ног на голову и цитаты, вырванные из контекста, печатали в своих газетах. При этом говорили: «Вот – Патриарх Тихон призывает к возвращению к царскому самодержавию, он отказывается от всего, что вам дала советская власть, он не хочет равенства, братства и мира». В итоге мои цитаты служили подтверждением их утверждений и настраивали людей против меня.
27:23 Арест, угроза расстрела Патриарха Тихона.
Ирина (Патриарх Тихон): Я этого вовремя не заметил, а когда заметил, было уже поздно – на меня уже завели уголовное дело и арестовали.
Одно время меня держали взаперти, но с сопровождающими в монастыре. Не посадили в тюрьму только лишь благодаря страху, что за меня вступятся люди. А почему меня не приговорили к расстрелу, этому можно только удивляться, потому что и за меньшие слова, за меньшие дела некоторых священников, в том числе моих знакомых епископов, просто приговаривали к расстрелу за контрреволюцию. Именно за их выступления против преступлений отдельных представителей советской власти. И эти выступления были гораздо мягче по тону, чем мои собственные.
(Ирина) Показывает, что он очень гневался и писал: «Да как вы смеете?! Гореть вам в аду!»
(Патриарх Тихон) Ты представляешь, что это было для советской власти? Это был вызов её имиджу, её власти над людьми, это было открытое непризнание её законов. В том плане, например, что арестовывается какой-либо священник и расстреливается, а в газете печатают (тогда были газеты, где сообщали новости, и это печаталось, не скрывалось), что «арестован очередной деятель контрреволюции, который под видом православия пытался дискредитировать советскую власть, для того чтобы люди не подчинялись советской власти и устроили контрреволюцию». Ведь любая такая деятельность по непризнанию законов для большевиков была политической деятельностью.
И я, когда видел все эти газеты, вместо того чтобы помолиться о погибших и о тех, кто их казнил, об их Душах, писал, что «вы не имеете права», осуждал в резкой форме, и этим, на самом деле, разжигал ещё бóльшую ненависть по отношению к советской власти у своих же верующих, которая потом выливалась в неповиновение, за которое страдало ещё больше людей.
Теперь представляешь, какова была на мне мера ответственности за каждое моё слово?
Наталья: Да, и ещё всё перековеркивали, всё преподносили порой совершенно в другом смысле.
Ирина (Патриарх Тихон): Я же понимал, что прихожане поверят моим утверждениям, что люди, которые идут против Церкви (а большевики шли против Церкви, они этого не скрывали), эти люди отлучены от Бога, отлучены от Церкви, их нельзя причащать и с ними даже нельзя общаться. Как тебе такое заявление?
Наталья: Непросто Вам приходилось – сложное время: и революция, и все события того времени.
Ирина (Патриарх Тихон): Поэтому на меня завели уголовное дело, я ходил на допросы, потом был заключён в монастыре в отдельной келье. Меня хотели лишить власти и выбрать новых епископов, которых будут отбирать сами комиссары, которые бы меня отлучили от моей должности Патриарха.
32:29 Молитва к Иисусу, ответ от Него. Покаяние.
Ирина (Патриарх Тихон): Поэтому я, когда был в заключении, только и делал, что молился Богу, просил вразумить меня, как мне быть. И всё-таки мне пришёл ответ от Христа (показывает, как Христос к нему пришёл в видении). Он сказал: «Смирись и прими эту реальность, этот мир таким, какой он есть. Не тебе бороться с этой махиной».
И я покаялся, осознал, что был не прав, и об этом даже написал следователям, которые вели дело. И они с меня сняли обвинения.
33:28 Служение Патриарха Тихона в Америке.
Наталья: Ты служил не только в России, но и за границей. Можешь сказать, где было тебе проще, где дороже сердцу? Или для тебя это не имело значения, а главное – служение Богу?
Ирина (Патриарх Тихон): За границей, точнее в Америке, я служил до революции. Конечно, мне там – своему телу и своей личности – было проще. Я просто изучил английский язык и переводил на него отдельные книги. Библия уже была переведена, естественно, на английский язык, но я переводил православные книги, по которым священники служат службы.
Ирина (Патриарх Тихон): Да, требники, всякие каноны на английский язык. И я даже ездил (показывает, что не было дорог) на север континента Северная Америка к тем племенам, которые ещё жили в язычестве и фактически не знали Христа. Я тоже им там проповедовал и даже построил церковь.
Конечно, мне там было проще, потому что было окружение, которое меня понимало, меня слушали. Но для моего духовного роста бóльшим, конечно, было испытание, когда я вернулся в Российскую Империю, и когда произошла революция – здесь уже было, конечно, непросто моей плоти и моему Духу. Я за время моего патриаршества себя чувствовал иногда даже более одиноким, чем когда маленьким десятилетним мальчиком плакал в холодной комнате, в кровати от тоски по маме.
36:09 Духовный контакт во время молитв и служб.
Наталья: Уважаемый Тихон, скажи, пожалуйста, как происходило твоё развоплощение, что ты чувствовал в тот момент, как ты себя ощущал? И, может быть, ты расскажешь ещё, как ты чувствовал Духовный мир при молитве. Ты чувствовал присутствие своих Ангелов-Хранителей, и что во время молитвы пространство действительно наполняется энергией Высших Сил, и мы окружены этими Божественными энергиями? Был ли ты контактёром, проще говоря?
Ирина (Патриарх Тихон): Да, по вашей терминологии, я был контактёром, ощущал контакт.
Я, когда молился, а молился я очень часто, служил службы, посвящал других священников, освящал храмы и проводил литургии, и причащал, и исповедовал. То есть всё делал, что обычно делают священники. И в эти моменты в меня как будто вселялась Божественная сила, которая делала меня Ангелом. Я, например, часто чувствовал, что сам Ангел Небесный вселялся в меня и через меня, через мои руки, сам брал эти предметы, через мои глаза смотрел, через мои уши слушал. Также я чувствовал рядом и Христа, и Богородицу, и всех святых, как будто они на меня смотрят. И я чувствовал благоговение, трепет, и реальность Духовного мира в эти минуты превосходила, была более реальной, чем реальность физического мира.
(Ирина) Он очень верующий, искренний был и чувствовал Духовный мир.
38:17 Задача воплощения Патриарха Тихона.
Ирина (Патриарх Тихон): Я хочу сказать, что как раз задача моего воплощения была в том, чтобы соединить материальное и духовное.
Ирина (Патриарх Тихон): Не совсем. Я не нашёл всё-таки момент гармонизации, потому что условия были очень жестокие, когда мне нужно было реагировать с любовью, а моё воспитание в семье священника, в духовной школе, в семинарии, оно не позволяло мне во многих случаях выйти за рамки правил, догматов Церкви и относиться с милосердием, с любовью и состраданием к тем, кто одержимы злом, похотью и всеми пороками человеческими.
39:17 Выход из воплощения Патриарха Тихона.
Наталья: Как ты выходил из воплощения? Последнее твоё воспоминание этого мира, что происходило, расскажи, пожалуйста.
Ирина: Я вижу, он болеет. Что у тебя болело? Он показывает на сердце, как будто что-то давило на него, и было тяжело дышать. Делал вдох с трудом, как будто что-то не давало вдохнуть, и сердце болело.
(Патриарх Тихон) Со мной рядом было несколько священников, и я почувствовал сначала звон в ушах, а потом внутренний голос: «Зайди ко мне».
Я поднял голову и увидел, что будто в комнате, где я был, была ещё другая комната, но уже освещённая белым Светом. И наверху стоял, а точнее, был до пояса виден Иисус Христос в белых одеждах, и Он ко мне руки протянул, как будто меня звал.
Когда я услышал голос: «Зайди ко мне», – то посмотрел на священников и увидел, что они ничего не слышали. И я понял, что это был только ко мне голос. Я начал креститься, сел на диванчик, откинулся назад и стал креститься, чтобы поприветствовать Христа, поблагодарить Бога. И когда крестился, то сказал тем, кто у меня был, что я сейчас выйду из тела, что я ухожу (показывает, что он их предупредил). Они на меня смотрели и не понимали, что происходит, серьёзно я это говорю или нет. «Что с тобой?» – начали меня спрашивать.
И когда я крестил себя, то перекрестился два раза, а третий раз хотел перекреститься, но моя рука уже не поднялась. Я чувствовал, что потерял способность ею управлять. В этот момент она у меня упала просто вниз, и я уже после этого не чувствовал тела, а чувствовал, что меня поднимают, кто-то как будто берёт за руку и вытаскивает.
(Ирина) Показывает, как будто вытягивают его.
(Патриарх Тихон) В это время я боли уже не чувствовал. А когда я перестал ощущать тело, то увидел, что передо мной стоят три светящихся Ангела, а наверху по-прежнему видел Христа. И они мне сказали не звуками, а мысленно: «Мы тебя приветствуем, наш брат! Мы пришли за тобой проводить тебя туда, откуда ты пришёл». А я ещё спросил: «Откуда я пришёл?»
(Ирина) Показывает, что не понимает, что происходит, потому что считает, что его родили отец и мать.
(Патриарх Тихон) Они улыбнулись и говорят: «Ты всё поймёшь попозже». И они меня взяли за руки и стали подниматься вверх, потому что я не мог управлять своей Душой, не знал, что делать. Я только оглянулся назад и увидел, что моё тело лежит, свесив голову, вокруг него бегают несколько священников и пытаются воды дать, что-то кричат, но я их криков уже не слышал. И Ангелы мне мысленно: «Не оглядывайся, это не важно сейчас. Не оглядывайся, оставь им своё тело. У тебя уже другая жизнь».
(Патриарх Тихон) А я их спросил: «Вы куда меня ведёте? Ко Христу, в Царство Небесное?» Они опять улыбнулись и сказали: «Скоро всё узнаешь». Я опять стал молиться. У меня небольшой страх был, потому что я не понимал, почему они так говорят. Я стал молиться, и когда стал мысленно молиться Богу, то почувствовал покой, спокойствие.
После этого меня подняли (показывает) на солнечную поляну в лесу и говорят: «Вот эта поляна создана другими Духами, а ты можешь на ней свой дом устроить и ждать, пока соединишься с Духом».
(Ирина) Показывает мне сейчас образы адаптации к Духовному миру.
(Патриарх Тихон) А Христос, да, Он на меня смотрел сверху. Когда я у Него что-то спрашивал, Он мне отвечал, но Сам мне ничего не говорил, просто наблюдал за мной. По-вашему, это был фантом.
46:16 Молитвы к Патриарху Тихону. Нетленность его мощей.
Наталья: Сегодня мы к тебе обращаемся с молитвами. С какой молитвенной просьбой лучше к тебе обращаться? Или можно по любому поводу? Какие молитвы тебе близки по духу – когда мы обращаемся к тебе, прося о помощи, молясь тебе?
Ирина: О чём можно тебя просить в молитвах?
(Патриарх Тихон) Это дело сердца. Нет разницы.
(Ирина) Нет у него каких-то предпочтений.
(Патриарх Тихон) Кстати, я хочу поблагодарить вас за ваши молитвы и за ваш Свет Любви, он мне очень помогает здесь, в Духовном мире.
Наталья: Нам приятно, что у нас есть такой святой, к кому мы можем обратиться за молитвенной помощью, поддержкой, и получать помощь от Духовного мира, от Бога через его незримое присутствие в нашей жизни.
Твои мощи были спрятаны так надёжно, что они остались нетленными. Ты, может быть, ничего об этом не знаешь, потому как это уже, может, тебя не столько интересует?
Ирина: Он показывает, что участвует в поддержании и защите тела от тления, но не только он, ещё и весь христианский эгрегор.
(Патриарх Тихон) Потому что моё тело – это символ той эпохи, когда Церковь переживала очень трудные времена.
Ирина: Его сам эгрегор хранит.
48:26 Напутствие современным людям.
Наталья: Пожелай нам, дорогой наш, любимый Патриарх Тихон – хоть и в развоплощённом состоянии, но, тем не менее, в наших сердцах ты таким останешься – пожелай нам, дай напутствие, как в наше время хранить себя, мир? Вообще, скажи всё, что ты хочешь нам поведать.
Ирина (Патриарх Тихон): Я желаю вам, дорогие мои духовные дети, потому что я всех такими считал – и из православия, и из других конфессий, из других религий, и неверующие – я желаю вам здравия телесного, здравия духовного, просвещения сердца и приближения к Богу. А также исполнения всех заповедей, потому что только исполнение заповедей Бога приведёт вас в рай. Рай начинается в ваших сердцах, когда вы ещё во плоти, когда вы ещё живёте в теле, и я желаю вам достижения этого состояния.
Ирина (Патриарх Тихон): Благодарю вас за приглашение меня на эту беседу. Благодарю Наталью, благодарю Ирину.
(Ирина) Я тоже благодарю Патриарха Тихона, его Дух. Благодарю Наталью за вопросы. Благодарю Патриарха Тихона за ответы. Благодарю своё Высшее Я за помощь в этом контакте.
Благодарю всех, кто смотрел это видео. Надеюсь, вам было интересно, так как очень интересный Дух, очень интересная судьба у него, непростая, так скажем. Посылаем ему Свет своей Любви и желаем успехов в следующих воплощениях, если он их захочет!
Наталья: Будем рады снова здесь встретить!
Ирина (Патриарх Тихон): Благодарю!
(Ирина) Итак, дорогие друзья, благодарю вас за эту беседу, за то, что вы послушали её. До новых встреч! Пока!
Ирина Подзорова – контактёр с внеземными цивилизациями, с тонкоматериальными цивилизациями и с Духовным миром;
Наталья Грейс (GraCe) – проводник духовных энергий, звукотерапевт, мастер-педагог Школы SAKRAL в проекте «Кассиопея»;
Патриарх Тихон – невоплощённый Дух епископа Православной российской церкви; с 1917 по 1925 годы – Патриарха Московского и всея России.
Сообщения
